Намерения вроде бы благие, но привели они - в ад: «Ещё вчера идеологи этой концепции строили свои спекулятивные доводы о единении экономик оседлых и кочевых народов, однако они быстро сменили тональность увещеваний, как только кочевые народы, поддавшись неистребимым инстинктам, присвоили себе всё, созданное на их территории трудом и талантом народов оседлых. Едва цивилизованные народы евразийского пространства оказались в политическом и экономическом затруднении, лишённые национальной идеологии и приоритетов, тотчас ментальность степного дикаря, привыкшего жечь, насиловать и грабить, выплеснулась наружу.

Открытый грабёж этот был санкционирован и направлен именно евразийской концепцией. Именно евразийцы оправдывали крах царской России, как позже благотворили распад СССР. Как будто связанная в руках фокусника из разноцветных верёвок эта концепция по желанию наёмного обманщика может незаметно развязываться, собираясь в любые сочетания»[180].

Тем не менее, поклонников евразийства полным-полно в современной России. Их кумир - небезызвестный Л.Н. Гумилёв, в своё время почему-то просмотревший, что едва вылупившаяся идеология тут же была принята на вооружение врагами России - японскими милитаристами, который в 1926 г. на Южно-Маньчжурской железной дороге принялись, не жалея средств, переводить и издавать книги евразийцев. На это первым обратил внимание Bс. H. Иванов:

«…позвольте довести до сведения вас, евразийцев, что Особым отделом Южно-Маньч. ж. дороги (Управление в Дайрене) ассигнованы значительные суммы на переводы выборок из евразийских изданий и на издание их для известного круга лиц, в ограниченном количестве. Соответственно сему должен сказать, что интерес к этому движению на Д. Востоке чрезвычайно высок: моя книга имеет спрос среди забайкальцев (этих гибридов), среди бурят, монголов и т.д., связанных русской культурой. Интересуются и татары, судя по тем сведениям, которые я имел от атамана Семёнова, тоже приверженного этой системе мыслей»[181].

На базе интеллектуального недоразумения Н.С. Трубецкого, П.Н. Савицкого и подобных им в начале XX века стали выдвигать идеи приобретения суверенитета «продвинутые» российские буряты, монголы и прочие «забайкальцы», которые в числе первых из своих народностей научились читать и писать в российских же университетах.

Например, в Белграде в 1929 г. опубликовал свою книгу «Чингисхан, как полководец и его наследие. Культурно-исторический очерк Монгольской империи XII-XIV вв.» калмык, врач по специальности Эренжен Хара-Даван, в эмиграции жил в Праге и Белграде. Японцы эту книгу перевели на свой язык и выпустили в 1936 г. под названием «Жизнь Чингис-хана». В 1991 г. книга вышла вторым изданием в российской Калмыкии, чтобы все джунгаро-калмыки знали о «влиянии монгольского ига на государственность России».

«Э. Хара Даван, представитель туранского народа (под туранцами здесь подразумеваются тюрки и монголы) и кочевого мира, сильно увлёкся евразийским взглядом на русскую историю и взялся писать историю Монгольской империи. В предисловии книги Э. Хара Даван пишет:

«Несмотря на то, что в русской истории есть особый период - монгольский - ему не придавалось особого значения, “казёнными” историками этот период относится к числу “пустых” периодов русской истории, несмотря на тот исторический факт, что из этого периода вышла Московская Русь, как из материнского лона. Не существует также специального исторического труда на эту тему. Только за самые последние годы учёные евразийского мировоззрения, изучая проблему русского самопознания, стали внимательно разбираться в разных восточных влияниях на русскую историю, культуру и быт, и им отчасти удалось разбить предубеждения и предрассудки европеизма, с которым трактовался этот вопрос до них, и тем самым заинтересовать широкий круг русской интеллигенции, чего не удавалось сделать нашим ориенталистам… Желая удовлетворить появившийся интерес к “исходу к Востоку” (так был озаглавлен первый сборник статей евразийцев, София, 1921. - Авт.), я приступил к этой работе в ознаменование 700-летия Чингис-хана (1227-1927).

…Если сравнивать “иго монгольское” с “игом европейским” - как можно назвать двухсотлетний императорский период русской истории - период духовного засилья Европы, разрушения и гонения силою власти всего национального, то итоги этих двух периодов, этих двух школ обнаруживаются наглядно: экзамен на аттестат политической зрелости татарской школы Россия выдержала блестяще, между тем. как на экзамене европейской школы на ту же политическую зрелость, после периода учения одинаковой продолжительности, императорская Россия жестоко провалилась в 1917 году»[182].

Перейти на страницу:

Похожие книги