Спарта занимала особое положение среди греческих полисов. Здесь впервые в истории был претворен в жизнь принцип абсолютного равноправия всех полноценных граждан. Побочным результатом этого стало пресечение любых попыток выделиться из общей массы. Даже руководители Спарты, геронты и эфоры, за редким исключением нам не известны, а те немногие цари, чьи имена дошли до нас, как правило, кончили трагически. К самоубийству был принужден царь Клеомен, без суда казнили регента Павсания и царя Агиса, приговорили к пожизненному изгнанию царей Плистоанакта и Павсания, лишили трона Демарата и Леотихида, послали с небольшими отрядами на верную гибель царя Леонида и полководца Лисандра. О том, как уравнительные идеи делали выдающихся лидеров страны персонами нон-грата и в конце концов привели спартиатов к вырождению, рассказывает книга Ларисы Печатновой. Лариса Печатнова — доктор исторических наук, профессор кафедры истории Древней Греции и Рима Санкт-Петербургского государственного университета.
О Спарте писать одновременно и легко, и трудно. Легко уже потому, что само упоминание Спарты вызывает интерес у любого читателя, независимо от уровня его подготовки. Трудно в первую очередь потому, что о ней имели слабое представление уже современники этого государства — древние греки. Спартанцы тщательно скрывали свою внутреннюю жизнь. А так как Спарта в эпоху своего расцвета не имела собственной интеллигенции, то и сведения о ней могли сообщить только зарубежные историки и философы. Результат был довольно печален: мы крайне мало знаем о том, что на самом деле происходило внутри Спарты. Даже афинский историк Ксенофонт, служивший в спартанской армии и бывший другом царя Агесилая, писал больше о победах спартанского оружия, чем о внутриполитических событиях своей новой родины. Его трактат «Лакедемонская политая», написанный, казалось бы, для ознакомления широкой публики с жизнью спартанского общества, мало что прибавляет к нашим знаниям о реальной Спарте. Это скорее ее идеальная модель, которую Ксенофонт презентовал афинской публике.
То немногое, что было написано о Спарте древними писателями, как правило, не отличалось особой объективностью. О Спарте писали или ее почитатели, так называемые лаконофилы, или ее ненавистники, которых можно назвать лаконофобами. Так что нарисованная их совместными усилиями картина далека от объективности. Любому современному ученому, занимающемуся спартанскими сюжетами, приходится учитывать эту особенность древнего предания. Но есть еще одно существенное ограничение, связанное с тем «железным занавесом», который возвело вокруг себя Спартанское государство. Даже руководители Спарты, геронты и эфоры, за редким исключением остаются для нас анонимными. Даже о спартанских царях мы, как правило, кроме их имен и годов правления, знаем немного. Исключением являются только самые знаменитые цари и полководцы, подробные жизнеописания которых оставил нам Плутарх (I–II вв.) в своих «Параллельных биографиях». Так, в основу наших очерков о законодателе Ликурге, герое Пелопоннесской войны Лисандре, царях-реформаторах Агисе и Клеомене легли именно их биографии, написанные Плутархом. Историкам V в. до н. э. Геродоту и Фукидиду мы обязаны ценными сведениями о царях Клеомене и Леониде, а также о герое Персидских войн регенте Павсании.
Галерея представленных в книге выдающихся политиков Спарты охватывает длительный период спартанской истории, от начала архаики до конца эллинизма. Ликург — это время становления спартанского полиса, которое протекало не стихийно, а по строго намеченному плану. Царь Павсаний — это триумф эфоров, надолго подчинивших себе царей. Царь Леонид — эпоха наивысшей славы Спарты, показавшей всей Греции, как должны сражаться и погибать настоящие спартанцы. Адмирал Лисандр — период победы Спарты в Пелопоннесской войне и начала ее гегемонии, цари Агис и Клеомен — период глубокого кризиса конца III в. до н. э. Цари-реформаторы, проникнутые уравнительными идеями и действовавшие под лозунгом возврата к законам Ликурга, попытались восстановить прежнюю Спарту, и если бы не внешнее вмешательство, возможно, им это бы удалось.
Все описанные в книге персонажи в свое время оказали значительное влияние на политическое развитие не только самой Спарты, но и всей Греции. Знакомство с их жизнью позволит лучше представить себе то общество, которое сформировало военачальников и политиков, обладающих особыми, присущими только спартанцам качествами.
Все главы сопровождаются ссылками на античные источники, которые легли в основу наших знаний о каждом из спартанских царей и полководцев.
В качестве приложения приведены списки обоих царских домов, список избранной научной литературы и списки сокращений.
Мы не указываем имен переводчиков в том случае, если используются наиболее известные и распространенные русские переводы, ставшие классическими для отечественного антиковедения: для Геродота, Фукидида и Страбона — это переводы Г. А. Стратановского, для «Греческой истории» Ксенофонта — перевод С. Я. Лурье, для «Политики» Аристотеля — перевод С. А. Жебелева, для «Законов» Платона — перевод А. Н. Егунова, для Полибия — перевод Ф. Г. Мищенко, для биографий Ликурга, Агиса IV и Клеомена III у Плутарха — перевод С. П. Маркиша, для биографии Лисандра у Плутарха — перевод М. Е. Сергеенко, для Павсания — перевод С. П. Кондратьева, для XI книги Диодора — перевод В. М. Строгецкого.
При ссылках на некоторые издания мы пользуемся традиционными сокращениями: GdA — для «Geschichte des Altertums» Эд. Мейера; GG — для «Griechische Geschichte» Г. Бузольта, К. Ю. Белоха и Г. Бенгтсона.
