Всё здесь было странно, и непривычно человеческому взору. Обшарпанные стены с отбитой штукатуркой, горы мусора, множество комнат непонятно для чего предназначенные, и заваленные до потолка каким-то хламом. Но главное, что могло поразить человеческое воображение, это массивные металлические ворота, отгораживающие всё это от внешнего мира, что невозможно было бы разбить никаким осадным орудием, известным в Обитаемом Мире.
Состояние Николая несколько улучшилось. Он уже не бредил, не смотрел с испугом на людей, спасших его, и когда его перевязывала Эррилайя, на его бледном лице появлялась слабая, скупая улыбка. Когда он просыпался, то много чего-то рассказывал, но его было трудно понять, хотя многие слова он произносил чисто по-вижски. Лурфар сказал, что это древний язык, большей частью забытый, хотя многие народы имеют от него свои корни. Это было ясно и без него, ведь русы, россы и виги большей частью понимали друг друга. Да, это наталкивало только на одну мысль, что когда-то, в древности, они действительно были одним народом, и только пожарище Апокалипсиса разделило их.
Рутгеру казалось странным, что за три дня, проведённых под землёй, в нескольких шагах от настоящих убежищ Древних Богов, их никто не потревожил, и, кажется, даже не собирался. Словно их пустили в безопасное место, отгородив от мутантов огромной дверью, чтобы посмотреть, кто они такие, и что будут делать. Эрли говорила, что чувствует на себе взгляды, но не могла понять, откуда на них смотрят, и, тем не менее, по истечению третьего дня смогла точно предсказать, откуда появятся люди. Почему же за три дня они не поинтересовались состоянием своего соотечественника? Почему даже не подали никакого знака?
И вот, эта встреча состоялась. Стальной Барс ждал её, и в то же время немного боялся. Как их встретят, и какие слова подобрать, чтобы им поверили? А может, ничего говорить и не надо? Северяне спасли одного из них, так неужели они не станут доверять тем, кто пришёл к ним с миром, и хочет жить в дружбе?
– И долго мне так стоять? – Воевода всё же улучил мгновение, и смог оглянуться на Аласейа. Он успел заметить напряжённые, бледные лица, еле различимые в тусклом свете, излучаемом светильниками Древних, и подумал, что надо было сначала разоружить вигов. Одно неосторожное движение, неверно истолкованный взгляд, и может случиться непоправимое.
– Мы понимаем вас. – Произнёс один из Древних, снимая прозрачную личину. – Кто вы?
