За спинами Богов, еле различимая в полумраке, открылась ещё одна массивная дверь, и Древние медленно, боясь повернуться спиной к вигам, отступали к ней. Рутгер готов был поклясться, что если северянам предпринять какие-либо решительные действия, эти люди просто испугаются, и сдадутся на милость более сильного противника. Слишком обычными они ему показались. Если здесь, в Улье, и есть Древние Боги, то они, несомненно, спрятаны так глубоко под землёй, что к ним никто не сможет подойти близко, а эти, всего лишь их жрецы, слуги, и жизни их ничего не стоят. Вот почему про Николая так долго не вспоминали и ждали, что же с ним может произойти в окружении, как они думали, варваров.
С металлическим скрежетом дверь затворилось, и в помещении гулко отдался звук запираемых затворов. Ещё несколько мгновений виги простояли в напряжённом ожидании, и только осознав, что больше ничего не произойдёт, облегчённо перевели дыхание.
– Что-то мелковаты они для Богов. – Хрипло пробасил Сардейл.
– Все мы ожидали от первой встречи чего-то значительного и знакового, но того, что мы сегодня добились, уже не мало. – Лурфар повернулся к Рутгеру, и краем рукава смахнул выступивший на лбу пот. – Может быть, это покажется странным, но теперь я понял многое из того, что говорил нам Николай.
Взгляд Рутгера упал на Эррилайю, и он изумился её бледности. Несомненно, она видела то, что ускользнуло от воинов, и почувствовала то, что не мог ощутить ни один из людей, находящихся здесь, и, кажется, это было действительно чем-то важным, а может быть даже и решающим.
– Нам надо всё это обсудить. – Твёрдо проговорил воевода, и прошёл мимо расступившихся воинов в комнату, где лежал раненый Гардер. Ему почему-то показалось, что разговор должен состояться именно там, чтобы дать понять лежащему там воину, что его не списали со счетов, что он всё ещё является частью войска, и его смерть будет сильным ударом по отряду, уменьшающемуся с каждой битвой.
Стальной Барс присел на край жалобно скрипнувшего решетчатого, металлического топчана, поправил плащ на груди раненого, и, заглянув в его бледное лицо, участливо спросил:
– Как ты, друг?
Гардер слабо улыбнулся, открывая полные боли глаза, и проговорил:
– Кажется, Бессмертный Тэнгри передумал призывать меня к себе, и цепь жизни прервётся ещё не скоро. Где же вы так долго были?
– Мы нашли Древних Богов, и только что я говорил с их слугами. – Чтобы как-то ободрить раненого, сказал воевода.
