Слова Сайана всё расставили по своим местам, и воевода понял, чего хочет вождь ювгеров. Жалея своих воинов, и не желая их смерти, в ядро обороны он поставит северян. Конечно, их мало, но свей слаженностью и умением биться, умирая, они нанесут большой урон силам мутантов, и тогда ювгеры навалятся на них всем скопом, возможно, после этого их победа будет не такой кровавой.
Всё это промелькнуло в голове Рутгера мгновенно, и поняв замысел Тартея, он улыбнулся, взял себя в руки, и медленно вытащив из-за пояса серебряный жезл воеводы, показывая его русу, сказал:
– Мне всего два десятка лет, и видел в Обитаемом Мире я не так уж и много, но вот это дают воинам, выбранных в предводители, способных повести за собой войско! Нас без малого всего четыре десятка, но поверь мне, каждый из нас стоит гораздо больше чем вы думаете, и я полагаю, что имею право знать о всех планах вашего вождя, когда утром, на рассвете, мы будем сражаться бок о бок с нежитью.
Сайан недобро усмехнулся, и бросив быстрый взгляд назад, на полог шатра, откуда показалась меховая шапка выходящего Тартея, твёрдо проговорил:
– После совета, вождь ювгеров, да хранят его боги многие лета, укажет вам ваше место в битве. А пока…
Стальной Барс понял, что вести сейчас разговоры бесполезно. Всё равно его разумные доводы никто не услышит, и теперь пришло время показать свою силу. Он не собирался кого-то убивать. Просто хотел раскидать стражу, и всех тех, кто придёт к ней на помощь. У Тартея хватит благоразумия, чтобы остановить своих бойцов, если потасовка перерастёт в нечто серьёзное, и засверкает сталь.
Не прошло и нескольких ударов сердца, как стражники, преградившие путь воеводе, упали, поверженные серебряным жезлом. Воевода выхватил пернач, чтобы встретить ещё четверых ювгеров, находившихся неподалёку, и теперь со звериным рёвом бросившихся на него. Он не стал ждать, пока они подбегут ближе, и сам перешёл в атаку, сделав десяток быстрых, плавных шагов им на встречу. От первого удара топора он скользнул в сторону, и, оказавшись за спиной нападающего, схватив его свободной рукой за горло, раскрутив, бросил под ноги следующим. Один из ювгеров не ожидал этого, и запнувшись о тело своего же товарища, растянулся на земле. Уже входя в раж, и чувствуя, как играет в руках сила, как напрягаются мышцы, вспоминая забытые, отработанные движения, Рутгер в самый последний момент сдержал удары, и всего лишь оглушил незадачливых бойцов.
