— Куда теперь? — шепотом спросила у Роберта Магдалина.
Они стояли в орешнике неподалеку от дороги.
— Если идти в глубь чащи, — сказал Роберт, — то мы попадем в большой Шервудский лес. Он такой дремучий, что стражники не смеют туда и носа сунуть. Там водится множество оленей и всякой дичи. Там можно прожить…
— Мне бы лучше в какую-нибудь деревню, — сказала Магдалина.
— Разве ты не со мной? — удивился Роберт. Но Магдалина его не слушала.
— Какой ужас! — произнесла она.
— Что случилось?
— Жди меня здесь. Я должна вернуться.
— Это опасно!
— Я сейчас вернусь. Я сумку забыла.
Магдалина кинулась обратно к дороге.
К счастью, проезжавшие стражники и рыцари в сумерках не заметили сумку. И не обратили внимания на скатерть-самобранку, которая лежала на поваленном дереве.
Магдалина подняла сумку с земли и тихонько сказала драконьему яйцу:
— Прости меня, маленький. Скоро мы придем в деревню, и я тебя устрою поближе к печке.
Яйцо конечно же не ответило. Потому что еще не умело разговаривать.
Магдалина закинула тяжелую сумку на плечо и только собиралась снова шагнуть в орешник, как услышала грубый голос, доносившийся словно с самого неба:
— Ты чего здесь делаешь?
Магдалина подняла голову и увидела темный силуэт всадника.
Голова коня была совсем рядом. Он тихонько заржал, как будто хотел сказать: «Я здесь ни при чем».
Надо было бежать, и она метнулась к кустам, но сильная рука схватила ее за плечо и рванула назад. Магдалина испугалась, как бы чего не случилось с яйцом, и потому замерла, как кролик перед удавом. Она только успела пискнуть:
— Роберт, беги!
И не знала, услышал ли он ее. Страшнее было бы, если бы Роберт кинулся ей на помощь. И помочь не помог бы, и себя погубил.
Из темноты выехали другие всадники.
— Смотри, поймали одну, — сказал первый.
— Гони ее к господину!
Другой голос произнес:
— А ну пошла!
Кто-то ударил Магдалину плетью по плечу. Было больно.
Магдалина покорно пошла по дороге.
Раз больше шума не было, значит, Роберта они не поймали.
А что касается ее самой, то, может, все и к лучшему: по крайней мере, она проведет ночь в тепле и сможет согреть несчастного драконозаврика.
Убежать было невозможно, тем более с тяжелой сумкой на плече. По бокам и сзади ехали всадники. Время от времени кто-нибудь из них принимался допрашивать Магдалину, откуда она и что делает в лесу в такую пору.
Но Магдалина делала вид, что не очень понимает вопросы, и только мычала или отрицательно мотала головой.
Идти оказалось недалеко, но дорога была неровной. Она спускалась в низину, и Магдалина скользила по глине, чавкала башмаками по грязи. Теперь она убедилась, что машина времени забросила ее в английское Средневековье.
Средневековье — значит Средние века.
Они находятся между временами древних греков и римлян, когда жили Александр Македонский, Юлий Цезарь и царица Клеопатра, и эпохой Возрождения, когда начали развиваться науки, Коперник догадался, что Земля вертится вокруг Солнца, Колумб открыл Америку, а Рафаэль и Леонардо да Винчи написали великие картины.
Если верить Роберту, то Магдалина попала в середину пятнадцатого столетия, то есть в 1450 или в 1460 год. А это уже самый конец Средневековья.
Но Магдалине от этого было не легче. Времена все равно были дикие, приходилось постоянно беречься, чтобы не угодить в ведьмы. А ведьме один путь — на костер!
«Как жаль, — подумала Магдалина, — что я не знала заранее, куда попаду, и не надела правильного платья». Ведь для динозавров одежда значения не имеет, а вот в городе или замке, куда ее скоро приведут, это очень важно.
За этими мыслями Магдалина не заметила, как они добрались до рыцарского замка. Наступила ночь, но взошла луна, и потому замок был отлично виден.
Он оказался не очень большим — четыре башни по углам, высокие стены с прямыми зубцами, ворота из деревянных плах, скрепленных железными полосами, и даже ров с подъемным мостом — все, как в какой-то старинной книжке.
Конечно, Магдалине уже приходилось видеть замки наяву, только в них в двадцать первом веке устроили музеи. Баронов там почти не осталось.
С башни всадников окликнули:
— Кого поймали?
— Такую страхолюдину, что ни в сказке сказать, ни пером описать!
Ворота со страшным скрипом отворились, через ров бухнулся мост.
Внутри оказался двор, тесно заставленный телегами, заваленный тюками и бочками. Посреди двора стоял худой мужчина в железной кольчуге. Два воина по бокам держали факелы.
Мужчина всмотрелся в Магдалину и прикрикнул на воинов:
— Опустите факелы! Дайте разглядеть ее как следует!
Магдалина подумала: «Хорошо еще, он догадался, что я девушка».
— Кто ты такая? — рявкнул мужчина. Свет факелов упал на его лицо, и Магдалина увидела длинный нос, который почти доставал до нижней губы, жидкие висячие усы и темные прямые космы, торчавшие из-под тесного колпака.
— Магдалина, — сказала геологиня.
— Откуда?
— Издалека, — так же лаконично ответила Магдалина.
— Говори, из какого графства, а то прикажу из тебя дух вышибить!
— Из северной страны.
— Точнее!
— Ты ее не знаешь, господин.
— А чего у нас делаешь? Вынюхиваешь? Вредить хочешь?
— Ищу убежища, — сказала Магдалина.
