В случае постоянных конфликтов Вотарской Республики и эльфийского Друидата была еще и иная причина, не столь давняя и не так глубоко проникшая в менталитет двух народов. Помимо города-государства Вотара и его пригородов, ближних и дальних, в состав Республики входили еще два поселения. Первое – портовый городок на западе, и второе – укрепленная крепость на востоке, на Заалесском перевале. Заалесский перевал – единственный путь через восточные горы в земли эльфов. И эльфы с завидным упорством хотели этот перевал заполучить в свои руки. Пытались они в разное время сделать это различными путями: путем переговоров и путем военных действий. Но все бестолку. Маги никак не хотели открывать людоедам дорогу в свою пустыню.
– Ну, что реформисты хотят войны, давно все знают, но что-то я сомневаюсь, что войну объявят сейчас. Ведь это каким бесчувственным циником нужно быть, чтобы использовать смерть своих детей как предлог для войны? – засомневался Аарон.
– Да как раз цинизм тут ни при чем. Вполне естественная в такой ситуации жажда мести. Любой от такого обезумеет. А с учетом того, что в руках родителей погибших ребят огромная власть, последствия могут быть катастрофическими.
– Слушай, на счет эльфов… а могут ли они быть связаны с некромантом на самом деле?
– Очень маловероятно, – ответил Драконт.
– Может, тогда стоит об этом сообщить президент-стратегу? Он, все-таки, не дурак, чтобы ни с того, ни с сего начинать войну.
– Да нет, все с точностью до наоборот. Он достаточно умен, чтобы понимать, что более удачного случая может и не быть, – не согласился детектив. – Вдобавок ко всему, мне ясно дали понять, что в нежить никто не верит. Поэтому, пока мы не поймаем некроманта, кого-то в чем-то переубеждать просто бесполезно. И вообще, если я правильно понимаю логику нашего начальства, месть за детей и война с эльфами друг другу не помеха.
– Весело, – кисло усмехнулся Аарон. Он привык сам рассказывать всем о планах высоких господ, а теперь, когда его временно отстранили от командования, непривычное неведение намерений начальства несколько раздражало.
Пелену задумчивого молчания разорвал секретарь, вошедший в кабинет верховных следователей. Как и говорил Аарон, он принес завтрак и целебные напитки.
– Спасибо, – поблагодарил Драконт и сразу же сделал смачный глоток из флакончика с лекарством. – Скажи, Ренера и Сциллу вчера допросили? Портрет извозчика составили?
– Гм, нет, господин…
– Почему? – перебил секретаря верховный следователь.
– Ну, я вам вчера говорил, что их забрали, вы, видимо, не помните.
Драконт посмотрел на Аарона, но тот лишь пожал плечами. Странно, как они оба умудрились пропустить мимо ушей столь важную информацию? Впрочем, вчера в курильне они были подпитыми и в общей суматохе после неудавшегося покушения могли не обратить внимания на эту новость.
– Ладно, тогда расскажи, пожалуйста, все еще раз, – попросил Драконт.
– Ну, вчера вечером, через некоторое время после того, как мы получили ваш приказ допросить арестантов, в тюремный блок прибыл господин Велизарий с пятьюдесятью своими бойцами и забрал подозреваемых, – пояснил секретарь, при этом его вид и голос были такими, как будто это в порядке вещей и вообще ничего необычного не произошло.
– Прости, что? – тихо спросил Драконт, и, судя по тому, как сузились в маленькие черные щелочки его глаза, тишина его голоса предвещала лишь скорый взрыв лютого гнева.
– Ну… – секретарь закашлялся. Эх, вроде бы не маленький мальчик, а как растерялся-то. И это при том, что на него еще никто и голоса не повышал.
– Что, ну?! Хочешь сказать, что Велизарий пришел сюда со своими людьми, и вы их даже не смогли остановить, в нашей части палестры, где сидит чертова тысяча солдат расследования?! – закричал Драконт, чувствуя, как терпение стремительно покидает его. Такой тупости и бездарности от подчиненных он не ожидал.
– Да, это было бы зрелище, если бы солдаты оборонительных войск и войск расследований сцепились прямо в палестре из-за каких-то вшивых арестантов, – злобно рассмеялся Аарон.
– Господин, дело не в этом, – вдруг решительно заявил секретарь. Похоже, детектив в нем ошибся, не такой уж он и тряпка, как изначально показалось. – Как и положено, мы хотели решительно отказать господину Велизарию, но он показал нам указ президент-стратега о переводе подозреваемых в его резиденцию. С этим мы не могли поспорить.
Драконт с Аароном переглянулись, словно хотели проверить, у кого челюсть сильнее отвисла.
– Похоже, все-таки война, – задумчиво изрек Аарон. – И кому-то потребовались доказательства причастности эльфов.
– Видимо, да, – согласился Драконт. – И что-то мне подсказывает, признание из наших «друзей» выудят далеко не по доброй воле.
