Власть отца семейства имела сакральные основания. Домовладыка был главой семейного культа поклонения покровителям дома, ларам и пенатам, в котором принимали участие все, как свободные, так и рабы. Этот религиозный культ был унаследован фамилией еще от родовой структуры. Почитание предков и забота о поддержании домашнего очага и его чистоты считались главной обязанностью римского гражданина. Поэтому право возглавлять и организовывать религиозный культ и способность выявлять волю богов с помощью гаданий (ауспиций) и наделяли отца семейства властными полномочиями в семье. Все остальные формы деятельности — мудрое и рачительное хозяйствование главы семьи ради экономического процветания фамилии, продолжение рода в детях, а затем и передача всего семейного комплекса наследнику после смерти главы, — служили главными условиями обеспечения непрерывности фамильных священнодействий.
Вместе с обязанностью отправлять семейный культ преемник получал по наследству и власть над семьей, а также право безраздельно распоряжаться всем движимым и недвижимым имуществом фамилии, в состав которого римляне включали и рабов, которые, так же как и другие подвластные лица, подчинялись его власти. Уже в Законах XII таблиц под фамилией подразумевали как группу лиц, связанных семейными узами, так и имущество. Таким образом, главной особенностью римской фамилии был ее властный характер: вся организация жизни и деятельности семейной группы вращалась вокруг власти отца семейства. Поэтому принадлежность к семье определяется подчинением домовладыке, главе семейного культа и единственному обладателю личной власти и семейного имущества. Сами римляне считали отеческую власть исключительно римским институтом, неизвестным в такой форме другим народам.
В эпоху расцвета республики малая семья раздвигает свои границы. У нее возникает обширная и многообразная собственность, которая в добавление к социальной замкнутости способствует все большей экономической самостоятельности римской фамилии. Ее отличает сложная структура, характеризующаяся переплетением потестарных и кровнородственных отношений (совместным состоянием под властью домовладыки и общим происхождением). В орбите влияния знатных и богатых семей находились значительные слои свободного населения: отпущенники, клиенты, и др. И наконец, у каждой семейной группы сохраняется собственный религиозный культ, восходящий к культу предков, со своим главой. Все эти черты превращают римскую фамилию фактически в семейно-родовую общину. Существование сакрально чистой и экономически крепкой семьи служило залогом процветания всей римской гражданской общины. И поэтому жизнь фамилии и деятельность ее главы находилась под контролем римского гражданского коллектива.
Фамилия также играла центральную и определяющую роль в формировании состава и структуры римского гражданства (civitas), так как войти в его состав можно было только через фамилию. Община регулировала этот процесс и определяла принципы и механизмы его пополнения. Вне фамилии не мог стоять ни свободный, ни раб. Войти в нее или выйти можно было лишь под контролем общины или, по крайней мере, с ее ведома. Так, в Риме широкое распространение получила практика «усыновлений», игравшая в семейных стратегиях не меньшую роль, чем заключение брачных союзов. Процедура усыновления различалась в зависимости от того, находился ли усыновляемый под отеческой властью или сам принадлежал к разряду домовладык. В последнем случае возникала необходимость прибегнуть к обряду усыновления в народном собрании (
Домовладыка был единственным в римской гражданской общине полноправным лицом в сфере частного права и представлял интересы фамилии за ее пределами при различных спорах и конфликтах. Подвластные сыновья были сильно ограничены в имущественной правоспособности.
Эта особенность фамилии накладывала отпечаток на жизнь всей римской гражданской общины и формировала два вида связей для полноправного римлянина внутри гражданского коллектива. С одной стороны, прямая, ничем не опосредованная связь каждого гражданина с политической и военной структурой своего государства и активное участие в его деятельности обеспечивали равенство всех граждан. С другой — для подвластных сыновей, являвшихся полноправными гражданами (с точки зрения их гражданского статуса), существовало безусловное подчинение власти главы фамилии. Это порождало массу коллизий в ситуациях, когда такие сыновья избирались на высшие должности в римской гражданской общине, и во время отправления ими магистратуры появлялся отец семейства. Такие случаи были предметами рассмотрения философов и юристов, которые сформулировали принцип: «В общественных местах и делах отцовские права рядом с правами сыновей-магистратов приостанавливаются».
