С именем Цицерона также связано начало латинской философии. Широкое проникновение в Рим эллинистической культуры началось после Второй Пунической войны. Хотя Рим уже стал центром крупной державы, он сохранял идеологию гражданской общины, поэтому многие проникающие извне философско-политические идеи оставались чуждыми для римлян. Задача римских интеллектуалов сводилась к тому, чтобы приспособить эти идеи к традиционным римским ценностям и найти греческой философии общественное применение. В своих философских сочинениях Цицерон дает сугубо римские ответы на вопросы, поставленные в различных греческих философских школах. В центре его внимания всегда оставался Рим, а подчинение им окружающих народов происходило для их же блага; служение Риму воспринималось как служение человечеству, а сам Рим являлся воплощением идеального государства.
После победы над Марком Антонием Октавиан стал единовластным правителем Римской державы. В его распоряжении находилась громадная армия. Италия и провинции не только подчинялись, но и поклонялись ему как спасителю и избавителю от кровавых гражданских смут, бесконечных грабежей и поборов. Отныне никто не мог открыто бросить ему вызов. Однако, несмотря на все это, Октавиан оказался в очень сложном положении, ведь теперь его власть не имела законного основания. Срок действия чрезвычайных полномочий, декретированных ему как триумвиру, истек еще в 33 г. до н. э. Присяга, данная ему как главнокомандующему в 32 г. до н. э. гражданами всех муниципиев Италии, имела законное действие только на время войны. Разумеется, он мог управлять державой, опираясь на военную силу и не считаясь ни с кем, кроме преданной ему армии, т. е. выступить перед всеми в незавидной и чрезвычайно опасной роли тирана. И судьба Цезаря, и печальный опыт самого Октавиана свидетельствовали о том, насколько ненадежна и опасна основанная на неприкрытом насилии власть для самого правителя.
Для ее сохранения Октавиану было необходимо придать своей власти хотя бы видимость законности в глазах сограждан и обеспечить себе их прочную поддержку. Зажиточные граждане, составлявшие «цвет» римского народа, мечтали об окончательном прекращении смут и усобиц и возвращении к строю предков, не особенно задумываясь, насколько одно совместимо с другим. Попытка реставрации республиканского прошлого могла привести к новым гражданским смутам и войнам, но тем же самым был чреват и резкий разрыв с этим прошлым, неприемлемый для многих римлян. Октавиан выбрал третий путь: он «восстановил» республику, сохранив и упрочив при этом свое единовластие.
После захвата Египта Октавиан щедро расплатился со своими воинами; 120 тыс. легионеров получили крупные земельные наделы в ветеранских колониях, основанных как в Италии, так и в провинциях. Благодаря богатой египетской добыче земля для ветеранов впервые за многие десятилетия была не конфискована, а выкуплена у прежних владельцев. Таким образом, Октавиан примерно вдвое сократил разбухшую во время гражданских войн и ставшую очень своевольной армию и обеспечил себе преданность и поддержку хорошо организованных и сплоченных ветеранов. При этом он сохранил лояльность остальных землевладельцев, довольных прекращением бесконечных конфискаций владений (около двух третей земельного фонда в Италии во время последних гражданских войн было отобрано у собственников в пользу ветеранов Цезаря и триумвиров).
В 28 г. до н. э. Октавиан простил накопившиеся во время гражданских войн недоимки гражданам — должникам государственного казначейства и сжег долговые документы. Затем он особым указом отменил все законы и постановления, изданные по инициативе триумвиров. В глазах сограждан это выглядело как демонстративное отречение от несправедливостей и злоупотреблений, связанных со смутами и междоусобицами.
Октавиан позаботился об укреплении не только гражданского мира, но и «мира с богами», что считалось одним из главных условий процветания гражданской общины. Он приказал восстановить в Риме множество обветшавших, разрушенных или сгоревших древних храмов потомкам их основателей (полководцев-триумфаторов); 82 храма, которые некому было восстанавливать, он воздвиг заново на собственные средства и украсил богатыми дарами.
