Первое крупное столкновение римского мира с германцами связано с вторжением кимвров и тевтонов. Тевтоны представляли собой группу германских племен, живших вдоль западного побережья Ютландии и в районах нижнего течения Эльбы. В 120 г. до н. э. они вместе с кимврами, амбронами и другими племенами двинулись на юг. В 113 г. до н. э. тевтоны разбили римлян при Норее в Норике и, опустошая все на своем пути, вторглись в Галлию. Их продвижение в Испанию остановили кельтиберы. В 102–101 гг. до н. э. тевтоны терпят сокрушительное поражение от войск римского полководца Гая Мария при Аквах Секстиевых (совр. Экс в Провансе). Та же участь постигла в 101 г. до н. э. кимвров в битве при Верцеллах. Второй миграционный толчок из германского племенного мира связан с племенем свевов. Под предводительством «друга римского народа» конунга Ареовиста германцы пытались закрепиться в Восточной Галлии, заняв треть ее земель, но в 58 г. до н. э. были разбиты Юлием Цезарем. В результате поражения в войне с Римом союз племен под главенством Ареовиста распался. Часть свевских племен ушла в Моравию и в дальнейшем известна в истории как племя квадов. Другие свевские племена сыграли значительную роль в союзе племен под водительством маркомана Маробода (8 г. до н. э. — 17 г. н. э.).
Первые контакты с германцами вызвали у римлян настороженность и раздражение, ибо «германцы соединяли великую свирепость с великим мастерством» (Веллей Патеркул). Ни один известный римлянам народ не отличался таким инстинктом выживания, жаждой славы и самоутверждения в доблести, как германцы. Ни один племенной мир европейского Барбарикума не имел столько харизматичных и амбициозных лидеров (Ариовист, Арминий, Маробод и др.) Германский Барбарикум представлял другую систему ценностей, отличную от греко-римской, и резко контрастирующую с ней. Выгоде, богатству и статусу противопоставлялись храбрость, почет и преданность. На рубеже новой эры Рейн и Дунай стали границей отчуждения греко-римского и германского миров, а понятия «германцы» и «варвары» превратились в синонимы.
Не были безлюдными и дальние для греко-римского мира пространства Средней и Северо-Восточной Европы. И хотя здесь не светило средиземноморское солнце, не грело атлантическое течение, почва была слишком холодна и тяжела, участки сплошного леса и непроходимые болота сильно осложняли жизнь, эти обширные территории в I тысячелетии до н. э. были населены различными народами. Так, на широких просторах от Верхнего Дуная до Волыни, от берегов Балтийского моря до предгорий Карпат формировался
Таким образом, в I тысячелетии до н. э. европейский Барбарикум заявил о себе как о субъекте истории, продемонстрировал многообразие этнокультурных миров, неравномерность в динамике исторического развития. Цивилизация впервые стала осознавать важную роль торговых, политических и культурных контактов с варварским миром, впервые ощутила предел цивилизационной экспансии в этом мире.
На завершающем этапе своего развития римская цивилизация представила уникальный в мировой истории опыт сложного, многообразного и динамичного взаимодействия цивилизации и варварства, опыт всемирности истории. В этом взаимодействии, где Рим и Барбарикум выступали как равнозначные субъекты исторического процесса, складывался некий симбиоз, единая система, компоненты которой функционировали по своим законам, но вместе с тем оказались в существенной степени взаимообусловлены. Римский мир представлял собой экономическое, политическое, военное и культурное единство, олицетворял совершенное мировое кругоустройство, благополучие и процветание живущих в этом круге земель людей. За его пределами в представлении римлян кончались мир и порядок, верность традиции и следование закону, надежность и человечность. Там бушевала неорганизованная варварская стихия, возникало ощущение вечного движения и перемещения племен. В качестве места обитания варваров представлялись большие невозделанные пространства или сумрачные области, расположенные в труднодоступных отдаленных странах. Они, по мнению римлян, препятствовали зарождению и развитию цивилизации, способствовали сохранению у жителей Барбарикума примитивного образа жизни.
