Обращаясь к трудам древних авторов, невольно начинаешь задаваться вопросом: «А так ли все было?» Всё написано вроде бы верно. Но некоторые совпадения очень смущают. Например, для биографов очень характерно указывать, что императоры, убитые в ходе заговоров, являлись сумасшедшими сумасбродами, извергами-садистами, жадными, скупыми эгоистами и т. д. и т. п. Одним словом – «врагами римского народа». Но так ли это на самом деле? Более пристальный взгляд заставляет нас признать, что это не совсем так и даже далеко не так. Что интересно, это подтверждают даже сами римские историки. Вот, например, что об этом говорит Аврелий Виктор – один из наиболее компетентных римских авторов. «Редко и неохотно описываются в благоприятном свете деяния тех, кого победа их противников сделала тиранами. Поэтому далеко не все сведения о них имеются полностью в письменных памятниках и анналах. Ведь прежде всего писатели искажают те важные деяния, которые делают им честь; затем – о некоторых умалчивают; наконец, никто не станет требовать большой тщательности в исследовании их происхождения и жизненного пути, так как считается достаточным рассказать об их дерзости, о войне, в которой они были побеждены, и о понесенной ими каре».
Не секрет, что в те времена исторические труды, как правило, писались людьми, близкими ко двору. Следовательно, их логика была довольно проста, а именно: угодить ныне царствующему императору. Так что, вполне возможно, что мы видим намеренное искажение деяний убитых императоров. Тем более, что правление Калигулы, Нерона, Коммода или Гелиогабала все древние историки делят на две половины. Вначале он правит хорошо и его деяния приветствуются народом. Потом вдруг следует резкий перелом и император становится резко отрицательным персонажем. Но сейчас вопрос «Почему он стал плохим?», поставленный еще древними, звучит несколько по-другому: «Стал плохим для кого?» Для народа, которому от имени императора бесплатно раздается хлеб, устраиваются игры, гладиаторские бои и состязания колесниц? Вряд ли… Скорее всего, император становился плохим для римских олигархов, которые по старой римской традиции заседали в сенате. Ведь именно из их средств производятся выдачи народу и организация разнообразных зрелищ. Естественно, что сенаторов это не устраивало, а там недалеко и до заговора, тем более что техника государственных переворотов была в Риме давно и хорошо отработана. Ну а уж услужливые писатели затем очернят правителей под указку сенаторов-олигархов. А труды честных историков можно просто сжечь, как сжигал в свое время император Август труды оракулов. Но, вполне возможно, археологи отыщут до сих пор неизвестные нам источники, и тогда мы взглянем по-иному на так называемых «императоров-безумцев».
Правление Гелиогабала (Элагабала) носило настолько отрицательный характер, что просто необходимо рассказать о его преемнике, правление которого, по словам всех без исключения историков, было полной тому противоположностью. Гессий Бассиан Алексиан (римский император из рода Северов, правивший в 222–235 годы. Родился в 206 году. Умер в 235 году) принадлежал по отцу к сирийскому роду Гессиев Марцианов, а со стороны матери находился в родстве с римским императорским домом Северов. Юлия Меса приходилась ему бабкой, а Гелиогабал – двоюродным братом (их матери, Юлия Соэмия и Юлия Мамея, были родными сестрами). Впрочем, было широко распространено мнение, что своих сыновей сестры прижили от связи с императором Каракаллой, а их официальные отцы только покрыли женитьбой их грех.
После убийства Элагабала Александр был провозглашен императором под именем Марка Аврелия Севера Александра. Ему было только тринадцать с половиной лет, и делами сначала руководила Юлия Меса, а когда через год она умерла – Мамея.
Александр являлся полной противоположностью своему двоюродному брату. Он получил прекрасное образование в духе тогдашнего культурного синкретизма[15] с преобладанием стоических и религиозно-философских идей. Бабка и мать усиленно готовили его к роли правителя, и будущий император вырос с сознанием лежащей на нем ответственности. Однако Александр был крайне мягок и слабоволен. До конца своей жизни он не выходил из подчинения Мамеи, властной и суровой женщины, чрезвычайно похожей по характеру на свою мать Юлию Месу. Мамея окружала сына мелочным надзором, стараясь предостеречь его от всяких дурных влияний. По своей природе Александр обладал нравом тихим и мягким. За все годы его правления, как говорит Геродиан, он не вынес ни одного несправедливого приговора, казни же без суда вообще прекратились. Он ввел большое число разумных законов о правах народа и императорского казначейства. К ворам он был беспощаден, называя их единственными врагами государства. Если же и были в это время какие-то злоупотребления, то вина за них целиком лежит на Юлии Мамее, так как Александр всегда и во всем был послушен воле матери.