Древний свет полностью

Прамила оперлась на спинку кресла, формой напоминавшего ковш. Поскольку я видела это притворно застенчивое лицо всегда полуотвернутым, избегающим смотреть в глаза другому человеку, я считала ее покорной. Но сейчас она подняла голову, прямо глядя на меня своими зелеными' глазами.

— Линн, вы нужны мне, чтобы ответить на один вопрос. Я не могу спросить об этом Молли или Дэвида… мне нужно спросить вас .

Хочу ли я узнать, чем озабочена эта молодая тихоокеанка? Никогда не относила себя к матерински заботливым людям, пользующимся доверием. Я поинтересовалась:

— Что вы хотите у меня спросить? Это нужно именно сейчас?

— Это личное. Другой возможности может не… — На ее лице светилась решимость. — Ваши старые отчеты. Ваш Первый Контакт с Орте. Это есть в документах. В северном Ремонде, в городе, называемом Корбек. Там был один ортеанец по имени Фалкир…

Сетин Фалкир Талкул!

За прошедшие годы я не вспоминала это имя. Но сейчас если и вспомнила что-то, то меня на мгновение охватила паника, когда я осознала: я не могу вспомнить его лица. Могу вспомнить детали, раскосые карие глаза без белков и строение черной гривы, но не лицо.

А как часто за последние два дня я видела Прамилу в обществе Сетри-сафере? Фалкир… это было слишком давно, чтобы об этом думать, мы с ним были арикей в одной северной провинции Ста Тысяч.

— Прамила… В Службе у нас обычно говорили, что лучше бы подобные вещи случались с тем, кто принадлежит к действительно чужому виду. Гуманоиды слишком близки к нам, слишком походят на нас и всегда не вполне нам подобны. Как обезьяны, карикатура на человеческий род.

— Он не карикатура! — нахмурилась она.

— Для вас, — сказала я, поднимаясь с кресла и потягиваясь. — И это отчасти потому, что вы сопереживающий человек: таков внеземной персонал. Девять из десяти неземных гуманоидных рас будут смотреть на вас и на меня и ощущать… отвращение. Ясно и просто. И не имеет значения, что вы чувствуете к ним.

Она улыбнулась, сперва себе, затем мне.

— То, что я чувствую, — не отвращение.

Она поражает меня, эта невысокая тихоокеанка. Никаких протестов насчет того, что это неестественно в любом отношении.

Прамила сказала:

— Я только хотела знать, что я не с причудами. Что я не единственный человек, который когда-либо чувствовал…

— Нет, — сказала я, — вы не единственная, кто испытывает подобное ощущение.

Не смотри так радостно, не смотри так, будто это какое-то великое событие; это вызывает волнение не в меньшей степени, чем собственные эмоции. И гораздо более странно. Или же я имею в виду, что это так же странно, не менее и не более?

— Но когда вы…

Сигнал головизора оборвал вопрос. Она опустила руку и включила прием. Сигнал был нечеткий, слабый и наполовину заглушен шумом толпы; я едва расслышала взволнованный голос Дэвида Осаки:

— Лучше бы вам побыстрее вернуться! — повторил он. — Здесь у меня бунт…

«Трудности с детьми в том, что они ударяются в панику. Дэвид слишком неопытен», — подумала я. И ощутила, что от увиденного у меня пересохло во рту.

Древние, невысокие каменные здания торгового квартала были объяты хаосом. Со всех сторон на меня давили тела. Я силой пробивала себе путь сквозь толпу. Мимо шли пошатываясь ортеанцы из хайек , нагруженные багажом — или это награбленное добро? — и возмущенно шипящие тяжелые рептилиеподобные вьючные животные бренниор . Бунт? Или они эвакуируют город? Или это уже война?..

Я поймала Прамилу за руку, втолкнула ее под арку Западных ворот, ко входу во внутренний город. Ортеанцы и ортеанки кричали, выкликая кого-то среди улиц в этом вавилонском многоязыком шуме. Я увидела у ворот нескольких человек в мантиях домов-Орденов, в отчаянии отступавших перед толпой.

— …Дэвид должен быть в Су'ниар?.. — крикнула Прамила, приблизив губы к моему уху и обдавая его теплым дыханием. Я кивнула и стала проталкиваться между мужчиной из Городов Радуги (его лисье лицо было раскрашено маской алого и голубого цветов) и группой из хайек южной части Побережья. Прамила следовала за мной. На нас упала тень арки Западных ворот.

Давление тел несло меня вперед; я, закачавшись, схватила кого-то за руку, чтобы устоять на ногах, и взглянула в белое лицо под всклокоченной черной гривой. «Пустоши!» — подумала я, но кочевник исчез. Я продолжала пробиваться во внутренний город. Впервые со времени его основания не забирали оружие, не было ритуала входа.

Тишина…

Белая пыль на улице вокруг дома-Ордена Су'ниар была притоптана и походила на утрамбованную землю. Свисали лоскутами навесы над ступенями, прежде дававшие тень. Земля была покрыта разбросанным мусором. Свет Штормового солнца упал на две одинокие фигуры, появившиеся у входа в подземные помещения: Дэвида Осаку и Дуга Клиффорда.

— Что случилось? — Я переводила взгляд с одного на другого. Дэвид качал головой. Его светлые волосы были запачканы сажей, на лице тихоокеанца отражалось напряжение.

— Хайек … они не захотели, чтобы дом-Орден и дальше нормировал выдачу им пищи. Они только что забрали ее. Они бесчинствовали…

Дуг спустился по ступенькам. Когда Дэвид подошел к Прамиле, Дуг сказал: