Я говорила с ними и с Т'Анами Римона, Имира и Ремонде, с Андрете из Пейр-Дадени, с Т'Ан Мелкати и Т'Ан Кире.
Наступил последний день Восьмой недели Дуресты. Я сказала:
— Вопрос в том, что станут делать хайек ? Им наверняка известно, что Сто Тысяч намереваются раздробить их, а потом убить.
Дугги удивленно поднял брови.
— Брать заложников из телестре ! Нет, это удается только, если есть страх перед смертью.
Жара отражалась от стен во внутренний двор общественного дома, где мы сидели под лапуур ом с перьеобразными ветвями и черно-красным зику . Сверху во влажном воздухе медленно опускались споры. Это был большой внутренний двор, в котором вокруг столов сидели группы ортеанцев, разговаривая или играя в охмир , а в дальней его стороне находились в загоне мархацы с лохматыми бронзовыми шкурами. Над кучами помета висели мухи кекри . Чувствовался затхлый запах воды — через арочный вход во двор была видна гавань.
— Я думаю, что ортеанцы Побережья не раздробят свои силы, — сказала я. — Вы стали бы так делать? Они возьмут некоторое количество земли, плодородной земли, и попытаются… в действительности построить Махерву или Решебет. То будут не хайек , осуществляющие контроль над телестре , а провинция хайек в Ста Тысячах.
Дуг собрался было ответить, но посмотрел мимо меня на вход под аркой.
— Боже правый.
Я оглянулась через плечо. Там стоял мужчина с серебристой гривой, держа в одной руке посох, а другою опираясь на плечо более молодого ортеанца — Халтерн Бет'ру-элен и Т'Ан Мелкати Нелум Сантил. Пока я смотрела, разинув рот, Хал прихрамывая подошел к нам и опустился на деревянное кресло-кушетку.
— Вина из зиира , пожалуйста, — сказал он Сантилу, а когда темнокожий мужчина ушел в общественный дом, улыбнулся нам. — Думаю, мне немного лучше. Не говорите Блейзу Медуэнину. Я все еще надеюсь сделать его Короной. — Его бледные глаза светились.
— Хал, — слабым голосом проговорила я, потом покачала головой. — Я отказываюсь.
— Очень разумно, С'арант-те .
Из общественного дома за Нелумом Сантилом вышел маленький ребенок лет шести с темной гривой и, подойдя к нам, спросил, не хотят ли Т'Ан сыграть в охмир , а потом замолк, уставившись на обитателей другого мира. Дуг взял у кир доску и фишки. Я заметила быстрые взгляды, которыми обменялись Хал с Сантилом, и Т'Ан Мелкати отошел к одной из групп игроков.
«Интрига под поверхностью, — подумала я, — и кто знает, что происходит? Такширие получает сообщения от всех Ста Тысяч телестре , и не все эти сообщения предназначены для посторонних ушей…»
— …провинция хайек в Ста Тысячах, — закончил повторять наш разговор Дуг Клиффорд, приступая к игре в охмир втроем. Его маленькие блестящие глаза быстро взглянули вверх, чтобы захватить Халтерна врасплох, уловить непроизвольное выражение его лица. Тщетно.
— Провинция Народа Колдунов, — поправил Хал. — Я слышал, о чем здесь говорилось. У хайек Побережья есть, каналы, а это наука Колдунов, и люди из телестре воспримут это не как провинцию, а как семена будущей Империи.
— Назовите это колонией, — сказала я. — Назовите это как угодно, но я понимаю, что на нее нападут. Если не с использованием харуров , то чего-нибудь иного, что могло бы заморить их голодом на этой земле. Хал, можно было бы убедить ваших людей сжечь землю? Стать разорителями земли, как однажды в Мелкати…
— Нет! — чересчур подчеркнуто возразил он.
Некоторое время мы играли молча, вступая друг с другом в союзы, что происходит при игре в охмир втроем: Хал со мной, Хал с Дугом, Дуг со мной. На доску упала чья-то тень. Взглянув вверх, я увидела ясные глаза и алую гриву Кассирур Альмадхеры.
Она усмехнулась, адресуясь к Халтерну.
— Здесь, внизу, у гавани, вы слушаете сплетни путешествующих? И вы так больны, что не могли покинуть Цитадель? Или то, что сказал мне Медуэнин…
— В ваши обязанности не входит слежка за больным стариком. — Халтерн сердито одернул на худых плечах мантию из хирит-гойена , главным образом, раздраженный. — Кажется, Она еще некоторое время не обойдется без меня… но не для облегчения моей доли. Как вы нашли меня?
Кассирур Альмадхера указала на нескольких аширен , подметавших во дворе коробочки спор зику . Двое из детей ухмылялись, и я узнала в них ее собственных. Халтерн недовольно засопел. Свет Звезды Каррика цвета тусклого золота лился сюда, во двор, сквозь перьеобразные ветви лапуур ов, золотя его бледную гриву и ослепительно блестя на гриве Кассирур. Он мягко падал на пыльные каменные плиты двора и на видневшиеся за тенью арочного входа мачты пришвартованных здесь джатов . Недалеко от этого общественного дома у начала Пути Короны я впервые сошла на берег, ступив на землю Ста Тысяч.
— Нам следует подняться в Цитадель, — сказала Кассирур — Т'Ан провинций должны сложить с себя свои полномочия. Завтра будет назван Т'АнСутаи-телестре . Сегодня вечером и ночью город находится под властью Домов-источников.
