Древний свет полностью

Я воздержалась от комментария, увидев лицо Дуга Клиффорда. На нем проступил страх перед изоляцией, от которого становится сухо во рту.

Молодые аширен столпились поближе. Грязные куски тканей отгораживали помещения, вырубленные в скалистой стене; за ними находились загроможденные вещами комнаты. Хныкали маленькие дети. Мимо меня пробежал, прихрамывая, ребенок, и я мельком увидела язвы на его тонких, как палочки, ногах. Неведомо чей голос прошипел «Колдуньи», а стоявшие группой молодые мужчины рассмеялись и замолчали, когда мы проходили мимо них.

Все мы молчали. Шли долго. Я ничего не говорила, пока мы не приблизились к дну впадины со стороны, противоположной причалу. Рассвет образовывал дугообразную тень на половине ровного пространства дна впадины.

— Это?.. — Я не сумела закончить вопрос.

Единственное сооружение отбрасывало короткую тень, как бы нарушая это ровное пространство. Голографические изображения не давали ключа к определению его размеров — оно было не меньше «челнока», совершившего посадку.

Купол или полушарие покоился на ярусе кольцевых ступеней, и там, где нижняя часть купола смыкалась со ступенями, я различила более густую темноту входа. Резной арочный вход. Вокруг купола на равном расстоянии друг от друга были установлены три толстые короткие колонны, встроенные в ступени таким образом, что касались стен купола. Верхняя часть ближайшей ко мне колонны была разрушена. Две другие украшали резные статуи, но эрозия и свет раннего утра не позволяли разглядеть подробности — имелось лишь нечто, напоминавшее когти, крылья, чешуйки. Разом, совершенно естественно, все поверхности окрасились в алый, желтый и голубой цвета. Вот окраска обратилась в мелкие осколки и сошла, демонстрируя находившийся под нею хирузет .

На ступенях, на дверной арке и вокруг основания колонн были вырезаны незнакомые стилизованные изображения ликов смерти. Я стояла в свете утра и чувствовала озноб. Золотая Империя, стертая временем и эрозией пустыни, воплощенная, тем не менее, среди ее бедных и оборванных наследников.

Теперь было достаточно светло, чтобы видеть, что всюду вокруг этого загадочного сооружения находились охранники, вооруженные копьями и арбалетами. И на них были коричневые чешуйчатые доспехи Кель Харантиша.

— Конечно, это будет основной целью Компании, — сказала Прамила Ишида, когда мы повернули ко входам в помещения, находившиеся на более низком уровне. — Эти люди, наверное, хотят торговать. Они так бедны.

Вечер следующего дня: я решила рискнуть и поднять «челнок», чтобы переместить его поближе к Махерве. Теперь здесь была Прамила с более надежной аппаратурой связи. Я вела молодую тихоокеанка азиатского происхождения к внутренним комнатам, где Дугги и Дэвид Осака делили с ортеанцами ужин, состоявший из дел'ри -хлеба и чая из арниака .

— Проходите. — Я остановилась во внешнем помещении. — Мне нужно кое-что сделать. Я присоединюсь к вам.

Помещение с низким потолком частично озарял свет, отражаемый зеркалами. Оштукатуренные стены были покрыты ими узорами, выполненными окислами металлов. В этом помещении находилось много иностранцев, некоторые в мелкатийских мантиях, другие — несмотря на жару — в римонских сапогах и брюках, казавшихся неуместными среди ортеанцев из хайек . Все эти ортеанцы с северного континента были вооружены харур-нилгири и харур-нацари и в большинстве своем лежали, растянувшись, на обитых скамьях, пили напиток из сброженных зерен дел'ри , играли в охмир и беседовали на местных говорах Римона, Мелкати, Морврена и на четырех или пяти различных языках Побережья.

Я остановилась рядом с одной ортеанкой.

— Т'Ан Халдин, не так ли?

Она лежала на скамье, положив на стол обутые в сапоги и закинутые одна на другую ноги.

— Халдин Дамори, из Гильдии Медуэда. Вы уже решили, С'аранти ?

— Контракт, — сказала я. — Обязанности по охране. И не заключать никаких иных контрактов, пока вы заняты этим.

Она лениво ухмыльнулась.

— Это дорого стоит.

Так же когда-то сказал мне Блейз Медуэнин. Думая о нем, я поражаюсь тому, что вообще полагаюсь на наемников.

— Я плачу.

Раздались крики, вопли, благодарные комментарии и несколько насмешек: ее приятели-наемники выражали одобрение. Все они были молоды, никто не старше лет двадцати пяти, и во всех них присутствовало это жестокое, лаконичное и чрезвычайно беззаботное отношение к насилию.

Халдин, положив руки на рукоятки харуров , сказала:

— Обязанности по охране… это относится ко всем вам, обитателям другого мира, которые здесь?

Я отметила про себя, что надо потом повторить этот вопрос Дугу, у которого есть чувство юмора, чтобы оценить его.

— Ко всем, — твердо сказала я, и мы заключили контракт. Я подумала: «Мне не жаль, что я делаю это здесь, где видят и знают все ортеанцы из хайек . Еще одна мера предосторожности».