Воспоминание короткое, но жесткое и четкое, как ярко окрашенная галька, которую я могу взять и рассмотреть, а потом спрятать. Потому что я узнала: это всего лишь воспоминание, не сумасшествие. Мне было интересно знать, не услышит ли Дуг, что теперь Чародей — ортеанка. Жив ли еще старик после стольких лет?
Когда через час или чуть позже в Телмитар пришел Дуг, ортеанцы из Городов Радуги ушли со ступеней, и я сидела одна. Вторые сумерки вызывали уныние: Звезда Каррика зашла, а Звезды Сердца галактики еще не показались. Я налила в бокал Дуга спиртного напитка из
— Я видел слуг Башни, коричневые мантии. Они довольно любезно выслушали меня. — Он сел рядом со мной, расстегнул ворот комбинезона и вытер пот со лба. — Затем они немного поговорили со мной, но не сказали ничего по существу. Мне сказали, что Чародей обдумает ответ… Вы собираетесь внушить Компании, что в Касабаарде может быть неземная техника?
Я сделала еще глоточек настойки из
— Башню должно интересовать то же самое. — Я криво улыбнулась.
А у Башни нет ничего, чтобы защитить себя, кроме конспирации… и репутации. Ни оружия, ни войск, лишь некоторая защита в виде стен. Ничего, чтобы защитить хрупкую, стареющую технику, которую, как он говорил, нельзя восстановить. Кроме репутации Касабаарде. Не сделала ли я себя мишенью?
— Дугги, я хотела поговорить с вами. Хотела сказать это в Махерве, но не была уверена, что действительно решилась на это. Я должна была бы вручить «ПанОкеании» заявление об отставке, — сказала я, — но не стану. Не сейчас. До тех пор, пока не получу от них хоть какую-нибудь пользу. Любую.
Сумерки затемнили куполообразные крыши внутреннего города. На севере, едва заметная, виднелась вершина последнего шпиля Расрхе-и-Мелуур, освещенная уже исчезнувшим солнцем.
— Надеюсь, вы имели в виду то, что сказали, — добавила я. — Или я без пользы для дела оказываюсь в трудном положении. Но я все же оказываюсь в нем. Я не могу забыть, что Компания делает на Орте. Я буду действовать как внутренний источник информации, пока смогу, — но это продлится недолго, насколько я знаю Молли Рэйчел, — а потом оставлю службу и продолжу работать здесь, вне Компании. Бог знает, что мне удастся, однако я намерена рискнуть.
Дуг прислонился к стене купола и сделал большой глоток сброженной настойки
— А потом вам понадобится убежище. Правительственная Служба.
— Если я не получу его, «ПанОкеания» может выслать меня с Орте. Я нашла бы способы остаться, но мне нужна влиятельная позиция.
Он криво усмехнулся.
— Вы присоединяетесь ко мне.
— Увы, слишком поздно. Поверьте мне, Дугги, я это знаю.
— А я не знаю всех ваших причин, верно? Нет, а вы не знаете всех моих. — Он наполовину с иронией, наполовину искренне приветственно поднял керамический бокал. — Добро пожаловать в тайный сговор.
Я пересела к нему и его фляжке с настойкой
Мы сидели бок о бок, ворот комбинезона Дуга был расстегнут, рыжие с проседью волосы едва приглажены. Позади меня мужчина из дома-Ордена зажигал лампы. Желтый свет падал из дверной арки, очерчивая кромки ступеней крыльца и ложась в уличную пыль, шероховатую от следов босых ног. Он освещал ссутуленные плечи Дугги и небольшие завитки волос на его затылке. Я подумала: «Мне хочется прикоснуться к этой мягкой, морщинистой коже… здесь, где и воздух, и сумерки, и сила притяжения не такие, как на Земле. Здесь, так далеко от дома».
Я сказала:
— Я заглянула в документацию, еще в Свободном порту. Где сейчас Софи? На Арминел-Ш?
— В мире Тьерри. Она занята там ксенобиологическими исследованиями.
Он медленно и тяжело поднялся. Постоял некоторое время, глядя на Звезды Сердца галактики. Ты предупрежден: я упомянула ее имя. Я видела его профиль, силуэтом вырисовывавшийся на фоне блеска звезд. Он помедлил, а потом снова сел на ступеньку рядом со мной. Место на моем плече, легко прислонившись к которому он сидел, осталось холодным и незащищенным.
Я поставила бокал с