Лугарев поймал в прицел ярко светящиеся в инфракрасном спектре охладители противника, расположенные сзади, и выпустил еще несколько ракет. Монстр не ожидал удара сзади, его качнуло вперед, он сделал шаг, чтобы сохранить равновесие. И тут Лугарев увидел, что торчащие из руин ноги машины Гвиндора зашевелились. Пользуясь тем, что враг отвлекся, трофейный 12Н75 попытался подняться, и это ему удалось! Вражеский шагоход повернулся к вертолету, которого уже не было на прежнем месте. Лугарев успел сместиться в сторону. Лазерные лучи снова полыхнули мимо. Бэнкс выпустил третью ракету, она пробила броню на корпусе 12Н75, из рваной дыры пошел было дым, но затем сработала система пожаротушения, погасившая огонь. Машина Гвиндора поднялась и шагнула из руин дома наружу. Лугарев видел, что она очень перегрета, еще выстрел, и автоматика отключит все системы. Охладители светились, рассеивая страшный жар. Гвиндор тоже понимал это, и не стрелял. Его шагоход подошел сзади к увлеченному обстрелом Ми-24 аппарату противника, поднял руки, насколько было возможно, и вцепился в установленную на верхней броне вражеской машины скорострельную пушку. Поврежденное ракетой крепление не выдержало, металл затрещал, разрываясь, и пушка осталась в руке шагохода Гвиндора. Он перехватил ее правой рукой за ствол и, что было силы, поддал вражеской машине, используя пушку как дубину. Удар пришелся по броне, не причинив особого вреда. Шагоход противника начал неуклюже поворачиваться. Лугарев часто видел раньше, как дрались киберноиды, но там все было совершенно иначе. В силу конструктивных особенностей киберноиды были относительно слабо бронированы и вооружены — по сравнению с 12Н75, поэтому они были невероятно подвижны, все время уворачивались и при первом серьезном повреждении выходили из боя. Здесь все было по-другому. Тяжело бронированные, неуклюжие, прекрасно вооруженные шагоходы Моргота дрались медленно и основательно, обмениваясь без особого вреда для себя такими сокрушительными ударами, от которых любая земная техника или киберноид рассыпались бы на куски.
— Гвиндор, радиаторы! У него повреждены радиаторы! — крикнул Лугарев эльфу. Гвиндор услышал. Шагнув в сторону, он снова оказался позади вражеской машины. Его 12Н75 поднял руку с зажатой в ней пушкой, с размаху всадил ее казенником в поврежденные охладители вражеского шагохода и провернул, окончательно все разворотив.
— Гвиндор, отойди от этого типа, — рявкнул Бейли, — У меня припасен для него горшочек напалма! Лугарев взглянул в сторону и увидел приближающийся Ми-24В.
Несомненно, Мартин пришел на помощь Машина Гвиндора шагнула прочь от противника, неуклюже пытавшегося выдернуть застрявшую пушку. Ми-24 нырнул вниз, заходя в атаку.
Огненные стрелы неуправляемых ракет осыпали шагоход. Затем от вертолета отделились пятисоткилограммовые напалмовые баки и, кувыркаясь в воздухе, рухнули вниз. Сверху это выглядело так, словно посреди улицы распустил щупальца огромный огненный спрут. Пылающий напалм накрыл шагоход противника, облепив его с ног до головы. Даже целые охладители не справились бы с теплом, выделяемым тонной горящего напалма. Что уж говорить о поврежденных… Автоматика моментально отключила все системы машины противника.
Объятый пламенем шагающий танк застыл посреди улицы.
— Мы его сделали! — завопил Бейли.
— Еще не совсем, — возразил Гвиндор. — Когда он остынет, он снова включится.
— Вот именно, — подтвердил Лугарев. — Р8, слышишь меня? У нас, кажется, есть клиент для твоего творения.
— Только не по радио, Игорек! — услышал он ответ киберноида. — Они могут слышать наши переговоры! Через несколько минут над горящей Хриссаадой со свистом пронесся основной модуль Р8. Он принял конфигурацию робота и приземлился посреди улицы.
— Я тут покараулю, — передал он, — подожду, пока эта штуковина остынет хотя бы до ста пятидесяти градусов, а потом займусь ей. Надо занимать оборону, Игорек, наших серьезно потрепали.
Союзников действительно потрепали. Кроме шагохода Гвиндора, который мог передвигаться, но за ним волочились провода и из-под пробитой в четырех местах брони вытекала охлаждающая жидкость, сильно пострадали еще две машины его отряда. Их обеих разделали под орех вражеские 12Н75. Водители остались живы, хотя одному из них удалось лишь в последний момент катапультироваться из падающего шагохода. Его подобрали вертолетчики, и теперь он приходил в себя в передвижном госпитале, помятый, исцарапанный, здорово перепуганный, но, в общем, невредимый. Установленное на шагоходы специалистами Вечности катапультное кресло К-36 еще не раз в дальнейшем спасало эльфов отряда Гвиндора, когда их поврежденные машины могли стать могилами для своих водителей. Кроме того, в ходе неудавшегося штурма были сбиты два вертолета Ми-8, их экипажи были спасены в одном случае ведомым вертолетом, в другом — отрядом эльфов, пришедших на помощь вертолетчикам. Нолдоры закрепились в руинах западной части города, в то время как восточная его половина все еще контролировалась противником.