Древний свет полностью

— Шан'тай Сетри, я уверяю вас, что мы полностью осведомлены о проблемах, с которыми вы столкнулись. Ситуация рискованная, и мы не хотели бы дальнейшего разрушения. Если бы найти способ тактического отхода для ваших людей из этой местности, это могло бы ослабить напряженность с обеих сторон.

«Как ты мил, Дугги», — подумала я. Солнечный свет в этом сумрачном куполообразном зале блестел в хрустальных бусинках, вплетенных в черные, бурые и алые гривы, он освещал отполированные рукоятки харуров и лица, повернувшиеся теперь к нам. Я повысила голос, чтобы звук дошел до Сетри-сафере:

— Прежде чем обсуждать это, давайте поговорим о других хайек . Давайте поговорим о военных кораблях, что находятся всего в нескольких днях плавания отсюда, в Архипелаге Касабаарде… Когда они отплывут обратно в порты Побережья, тогда и наступит время переговоров о том, чтобы вы ушли отсюда, шан'тай Сетри.

При упоминании о джатах на островах ортеанцы из телестре громко загалдели, обсуждая это. Нелум Сантил отошел от Виррин-хил, чтобы переговорить с Кассирур. Сетри-сафере глядел поверх голов и улыбался мне. Его лисье лицо еще больше похудело, а желтая грива была взлохмачена, однако он кивнул в знак того, что понимает интригу.

Мой наручный коммуникатор подал негромкий сигнал вызова. Я помедлила, разрываясь между приоритетами, но Дуг хорошо контролировал обстоятельства. Тихо перемолвившись с Халом, я вышла из зала в поисках комнаты, где было поменьше народу, чтобы поговорить без посторонних. Для телестре не существует понятия об уединении. Наконец я подошла к арочному входу, что вел в более просторное куполообразное помещение, где солнечный свет падал на белые оштукатуренные стены через прорезь в куполе. Черное круглое отверстие на полу было Источником Богини. Ортеанцев здесь не было. Я вошла.

— Кристи на связи.

— Мендес. — На дисплее сформировалось небольшое и четкое изображение Корасон. Фоном служило одно из диспетчерских помещений орбитальной станции. Она глядела на меня с настороженностью, нетипичной для ее лица с резкими чертами. — Я могу встретиться с вами через два часа, когда снова буду делать посадку. С какой целью?

— Это мне не хотелось бы обсуждать по открытому каналу. Кори, не могли бы вы сделать мне одно одолжение? — Следует всегда спросить, если необходимо приказать. — Не установите ли вы полное ограничение на присутствие в зоне Касабаарде? Никаких посадок, никаких облетов. Только наблюдение. Для этого есть причины. Мы обсудим это с вами, когда встретимся. Я нахожусь в… — и я назвала ей координаты Дома-источника Ашиэл.

— Да. — Она сжала костлявые пальцы, и на свету блеснули ее широкие серебряные кольца. — Оттовэй сообщает, что вы делаете успехи.

— Мы заполучили рычаг воздействия, — сказала я. — Анжади здесь изолированы, отрезаны. Теперь мы этим и занимаемся. Небольшая группа во вражеской стране. Возможно, нам удастся направить джаты обратно в Решебет, Надразиир и другие порты Побережья.

В интересах взаимодействия я не сказала: то, что у них мало портов, в которые они могли бы вернуться, ничуть не упрощает задачу…

— Может быть, вы совершенно правы, — сказала Корасон Мендес, протягивая руку, чтобы отключить связь. — При условии, что у ваших ортеанцев с Побережья немного контрабандного высокотехнологичного оружия.

Я увидела на экране помехи: ее изображение исчезло.

Мягко ступая, вошел маленький аширен с черной гривой и смуглой кожей. Ке было около пяти или шести лет. На меня быстро взглянули снизу вверх похожие на черные бусинки глаза, а затем ребенок прошел по залу к отверстию Источника и погрузил в воду бокал. Ке с шумом пил.

— Аширен-те …

Ребенок шестипалой рукой, с крошечными, правильной формы когтями, откинул назад гриву со своего лица. Снова зачерпнув воды, Ке предложило бокал мне. Я прошла через зал, чтобы принять его и выпить, и когда я подняла бокал, он попал в луч солнечного света ослепительной белизны: пить из него значило пить жидкий свет, холодный, как камень, из которого бокал был сделан.

— Аширен-те , не сходишь ли ты ради меня к твоему Говорящему-с-землей? Попроси его привести сюда Т'Ан Ишиду — обитательницу другого мира, которая пришла с людьми с Побережья.

— Да, — сказал ребенок. Потом добавил: — Я сделаю так, если это заставит вас, с'аранти , покинуть этот Дом-источник.

Я смотрела вслед ребенку, когда он вышел, мягко ступая босыми ногами. Ке еще не должно было родиться на свет, когда я уже побывала на Орте. И жило бы в вечном круговороте уходов и возвращений, год за годом, как суша и море. Чтобы найти теперь мир, измененный нами или остальной Вселенной…

По полу прошуршали шаги, прервав мои мысли.

— Мне нечего вам сказать, — произнесла Прамила Ишида, пройдя по залу, чтобы заглянуть в Источник. В черной воде отражалось ее изображение: молодая женщина с желтоватой кожей, покрытой теперь глубоко въевшейся пылью, с неряшливо заплетенными в косу каштановыми волосами, в обносившейся по краям мантии мешаби .