— Молли Рэйчел обычно говорила, что я никогда не умела доверять людям работу — не верила, что они выполнят ее лучше, чем я сама… пусть даже мне она вообще не по зубам! Кори, мы знаем друг друга шесть лет, и я никогда не одобряла того, что вы делаете… а вы удивлены, что я озабочена этим теперь, после Решебета?
Седовласая женщина властным жестом дважды прикоснулась пальцами к моему плечу.
— Линн, я приму ваши упреки, когда у вас появится более хорошая мысль, как урегулировать конфликт.
— Как раз сейчас положение вещей подобно пуху одуванчика — любое дуновение направит его в другую сторону.
Она нахмурилась. Не осуждая, а соображая. Я так и видела, как в глазах Кори мелькают цифры и возможности: столько-то кораблей на Кумиэле, столько-то в Свободном порту, а столько-то в резерве на орбитальной станции. Столько-то человек здесь, столько-то на северном континенте, столько-то на южном…
— Линн, я бывала в мирах, где Компания потерпела неудачу. Я имею в виду не скоротечные конфликты, смерти, я имею в виду настоящий провал: кровавую войну, тянущуюся годами, из поколения в поколение, продолжающуюся по инерции собственной жестокости, в течение долгого времени после того как ее участники забыли о ее подлинной причине. Я всегда опасалась, что каким-нибудь образом окажусь в ответе за одну из этих катастроф. Единственный известный мне путь избежать подобного — прекратить войну раньше, чем она начнется.
Кори опустилась в чашеобразное кресло и жестом, в котором промелькнуло своего рода нечаянное высокомерие, сделала экипажу знак продолжать выполнять свои обязанно сти. Потом задумчиво добавила:
— Я не могу знать обо всех движущих силах, которые здесь действуют. Этого не можете ни вы, ни посол правительства. Мы принимаем решения вслепую, и это до смерти пугает меня.
В ее голосе я слышала не то, что она говорила, а усталость, и вспомнила слова Рурик:
— Я должна знать, какое оружие высокой технологии есть у этих людей. Линн, теперь Служба безопасности должна допросить Ишиду.
— Хорошо, — согласилась я. Могла ли я сделать это, когда теперь она находилась впереди меня, грязная и изможденная, по-прежнему казнящая себя за смерть Сетри? Ладно, после того как она перестрадает, служба Безопасности исцелит ее. И не следует удивляться моим поступкам — у меня фактически нет выбора. «Сейчас важны не
Кори склонилась над коммуникатором:
— Я прикажу одному из F90 забрать вас на Кумиэл.
Ранним утром я прилетела на Кумиэл. Был, пожалуй, еще ранний час. Полетное время между флотом
— Аппаратура для обработки информации здесь, Представитель, — сказала лейтенант, командир F90, покидая мою кабину, и показала на небольшой терминал, встроенный в стену. Я кивнула и, после того как она ушла, некоторое время стояла, потирая лоб. Вибрации и гул двигателей F90 совпадали с дрожью в моих руках, болели глаза и голова. Эти «челноки» — настоящие металлические клетки, в них проявляется вся моя склонность к клаустрофобии.
Я села и включила воспроизведение информации, которую передал для меня Мехмет Лутайя. «ЭВВ-новости с Орте меня мало интересуют, но мне хочется знать, как на это реагируют дома», — подумала я.
Сообщая в правление Компании о том, что Каррик V нуждается в Защищенном Статусе, я хочу, чтобы общественность Земли получила некоторое представление о сути происходящего.
Изображение на экране встроенного в стенку кабины терминала было небольшим, недостаточно резким. «Двенадцать дней, — подумала я. — Столько требуется беспилотному сверхсветовому кораблю для полета от Земли до Каррика V. За двенадцать дней может случиться очень многое…»
