Древний свет полностью

— Это очень неправильно… Да. Мне нужно будет объясняться с некоторыми людьми, когда я вернусь, я это понимаю. Если бы вы не знали… Господи Боже, Молли, наверно, думает, что я совсем сошла с ума! Мне нужно связаться с ней через коммуникатор. Возможно, я выйду с вами к «челноку». Мне в любом случае нужны ресурсы «челнока», чтобы восполнить потребность в протеинах и витаминных добавках…

— Я сейчас не могу туда пойти. Мне нужно помочь Сетри-сафере определить дополнительные места встречи для переговоров. — Она провела рукой по лбу, откидывая прядь черных волос за ухо. Ее донимал пот. «И не слишком одурачила меня, — подумала я, — воспользовавшись более чем избитым предлогом».

— Молли захочет поговорить с вами, — сказала она. — Возможно, она решит, что вам лучше вернуться в Махерву или в Свободный порт.

У нее на поясе висела кобура с СУЗ-IV, коммуникатор связывал ее с «челноком»: небольшую и такую компактную фигуру, стоящую в полуденной жаре. В этом был удивительный контраст с остановившимися в росте лапуур , покрывшейся трещинами и подсыхающей белой грязью, с Сетри и ортеанцами возле ближайших домов-Орденов.

— Возможно, для вас было бы лучше спровадить меня через «челнок» на орбитальную станцию, — сказала я. — Я останусь в городе для переговоров. Кто здесь есть?

Я видела происходивший в ней внутренний спор: сколько же можно сказать этой ненадежной, эксцентричной женщине, которая, однако, все еще является специальным советником «ПанОкеании» по ортеанским делам.

— Хайек Анжади, Пелата, Телшан. — Она помолчала. — Представители Свободного порта, такширие . Думаю, есть несколько ортеанцев из телестре Керис-Андрете и из Дома-источника Телменар. И Медуэнин. Здесь есть и медуэнинцы.

Должны были быть . У меня в желудке от напряжения начал возникать комок. На мгновение это сильно возмутило меня. Разве у меня недостаточно дел, чтобы еще все время помнить о Блейзе Медуэнине? Напряжение не проходило, и его было невозможно прогнать усилием воли. «Мы встретимся, — подумала я. — Это неизбежно, когда мы оба здесь. Проклятие». Какая-то часть моего существа была оскорблена тем, что мой душевный покой должен зависеть от кого-то, кроме меня самой.

А затем я с покорностью подумала: «Все устроится, девочка. Если у тебя пропадет чувство юмора, тебе придется плохо…»

Прамила Ишида сказала неуверенно:

— Мы действуем как нейтральные третейские судьи. Некоторые Дома заявляют, что не смогут прокормить всех людей с Побережья и из Свободного порта, какие здесь находятся.

Дома-Ордены внутреннего города финансируют себя за счет пошлин и налогов, которые платят все торговцы, входя в торговую часть Касабаарде и покидая ее. Это обеспечивает внутреннему городу обманчивую видимость неистощимого изобилия. Глядя на собравшиеся вокруг нас толпы, я подумала: «Но оно не предназначалось для того, чтобы справиться с подобным».

— Вы захотите поговорить с главами домов-Орденов и керетне из хайек .

Это так легко — вернуться к образу мышления Компании. Но половина воспоминаний о внутреннем городе, какие я воскрешаю в памяти, не мои. И все, о чем я сейчас могу думать, это только одно: «Как скоро придет ответ Башни на сообщение Дугги?»

— Я помогу вам в этом деле, — сказала я. — Однако сначала дайте мне поговорить с Молли.

Прамила вышла на связь нажатием клавиш на наручном коммуникаторе. На краткий миг у меня появилось желание выйти из города к «челноку». Пожалуй, YV9 — это старые модели, но в них, по крайней мере, имеются возможность помыться и запасная униформа. Тогда Молли Рэйчел смогла бы увидеть в своем коммуникаторе опрятную женщину среднего возраста, элегантно смотрящуюся в комбинезоне «ПанОкеании» с логограммой на рукаве, с выгоревшими на солнце волосами, с загорелой кожей, чтобы, говоря иначе, ничто не напоминало об этом месяце странствий от Махервы…

Кого ты обманываешь, девочка? Я отодвинула грезы, оставшись чумазой, с растрепанными волосами, босиком, в одной лишь потрепанной мантии мешаби , защищавшей меня от солнца, однако подумала: «У меня сейчас есть случай убедить Прамилу в том, что я обладаю полномочиями, а я медлю».

— Вот. — Тихоокеанка азиатского происхождения вручила мне свой наручный коммуникатор и отошла в сторону за пределы слышимости, чтобы продолжить разговор с Сетри и Джадуром — не он ли там стоит? — из хайек Анжади.

Экран наручного коммуникатора прояснился, показывая в уменьшенном масштабе внутренний вид посаженного «челнока» и лицо аборигенки. Она щурилась от яркого света, посту павшего через открытый люк и ложившегося сверкающими пятнами на ее черные волосы. Ее комбинезон был в пыли. На лице виднелась грязная полоса, отмечавшая край только что снятых щитков для глаз.

— Это вы, — зловеще произнесла она.

Я сказала:

— Должна извиниться за то, что столь долгое время не имела контакта с вами. Совершенно неумышленно, знаете ли…