Древо ангела полностью

– Ну конечно сможем. Хотя, милая, мне тут придется скоро уехать. Всего на несколько недель.

– Куда?

– Во Францию. Надо дать несколько концертов. Моя студия записи хочет раскрутить меня на континенте.

– О, – в глазах Чески появились слезы. – А когда же ты вернешься?

– Надо думать, перед Рождеством.

– А можно мне с тобой?

– Нет, это плохая идея. Я буду очень занят, буду ездить там из города в город. Тебе будет скучно – не передать.

– Если я буду с тобой, я не против. – Ческа положила голову ему на плечо и вдохнула такой привычный, пряный запах его одеколона.

– Эй, детка, раз уж мы с тобой теперь пока не увидимся, как насчет… быстрого подарка на прощание? – и он провел рукой по ее телу.

– Где? – спросила она, чувствую головокружение от спиртного и возбуждения.

– Пошли, – и Бобби потянул ее за собой из зала по темному коридору.

Открыв дверь, он впустил ее в маленький кабинет, запер за собой дверь, схватил Ческу и прижал ее к стене. Он начал целовать ее, одной рукой задирая ей платье, а другой хватая за грудь.

– Ты просто невозможная, – застонал он, раздвигая ей ноги и врываясь в нее.

– Бобби, а нам не надо…

– Все под контролем, детка, не бойся. – Бобби приподнял ее, и Ческа обхватила его ногами поперек туловища.

Ческа не знала, было ли дело в спиртном, в ощущении опасности, что их могут поймать, или же просто в Бобби, но она никогда не чувствовала себя такой счастливой, свободной и беззаботной. Где-то внутри нее вздымалась огромная волна радостного возбуждения. Она застонала в восторге, задвигалась ему навстречу, все ее тело молило о разрядке. И когда она наступила одновременно у них обоих, она закричала от счастья.

Задыхаясь, они опустились на пыльный пол.

– Я люблю тебя, Бобби, люблю, – зашептала она.

– Слушай, ты прости. Я увлекся, – Бобби взглянул на нее и пригладил рукой волосы. – Я не думал, что так получится, но, знаешь, ты самая секси-девочка, каких я только видел.

– Ты о чем – «я не думал, что так получится»?

– Да ничего такого, дорогая. – Он поднялся, заправил рубашку и застегнул штаны. – Я просто хотел сказать, что не ожидал, что дам леди себя увлечь. Пошли. – Он поднял ее с пола и отпер дверь, пока она торопливо поправляла платье.

– Бобби, но ты же позвонишь мне, когда вернешься из Франции, правда?

– Ну конечно. – Он чмокнул ее в нос. – Ну, мне пора. Один приятель играет тут в группе в соседнем клубе. Я обещал встретить там кое-кого и глянуть на сцену. Пока, дорогая. Это правда было здорово.

– Но, Бобби, я же не дала тебе свой телефо…

Но он прошел по коридору и исчез в толпе раньше, чем она успела закончить фразу. Вся эйфория Чески испарилась. Она добралась до туалета, зашла в кабинку, села на унитаз и закрыла лицо руками.

При мысли о том, что она несколько недель не увидит Бобби, слезы так и потекли у нее по щекам. Как же она сможет это вынести?

К этой встрече с Дэвидом в «Савое» Грета готовилась гораздо дольше обычного. За последние недели, глядя, как Ческа с несчастным видом слоняется по квартире и ноет про Бобби Кросса, она все больше и больше убеждалась в том, какие чувства она сама испытывает к Дэвиду.

Она всегда любила его, как и говорила Ческе, но теперь, с тех пор как эти первые бабочки затрепетали у нее в животе, она поняла, что хочет его и в этом, другом смысле тоже.

– Все эти годы он был прямо у меня под носом, а я ничего не видела, – выговаривала она своему отражению в зеркале. – Глупая, глупая женщина.

Позволив своему сердцу выйти из тюрьмы, Грета начала то и дело представлять себе жизнь, которую она могла бы вести вместе с Дэвидом – при том, как им всегда было легко и уютно вместе, она могла бы наконец обрести с ним ту внутреннюю уверенность, которой никогда не было в ее жизни. Какой бы полной любви, дружбы и близости могла бы быть эта жизнь. Дэвид мог бы быть рядом с ней, защищать и заботиться о ней, и они могли бы радоваться вместе стольким простым вещам, а не пытаться встречать все жизненные трудности в одиночку.

– Может, еще не поздно? – спросила она свое отражение.

Она не знала ответа. Все, что она могла, – это найти способ спросить у него самого.

Когда Грета вошла в ресторан, Дэвид встал. Он улыбнулся ей, она подошла и тепло поцеловала его.

– Как дела, Грета? Я очень рад тебя видеть. Чудесно выглядишь.

– О… спасибо. Ты тоже, – нервно ответила она.

– Ты легко сумела добраться? А то почти весь Лондон со вчерашнего дня стоит в пробке из-за смога.

– Я шла пешком. Поймать такси просто невозможно. Ну и конечно, не надо было мне надевать эти новые туфли. Теперь ноги болят, хоть умирай. – И Грета указала на свои новые туфельки из крокодиловой кожи от Чарльза Журдена, которые Ческа купила ей во время своего похода за покупками.

– Говорят, до завтрашнего утра все расчистится, – ответил Дэвид, когда они оба сели.

– Будем надеяться.

– Грета, ты в порядке? Ты как будто слегка встревожена?

– Нет-нет, все нормально. – Грета поняла, что ей понадобится как минимум пара бокалов вина, прежде чем она сможет набраться мужества заговорить с ним о своих недавних открытиях. – У меня просто не самое легкое время с Ческой.