Россины направили стволы своих «пищалей» на землян, Мириам в ответ развернула ствол «универсала» в их сторону. Она могла бы перестрелять охотников в любой миг, но воевать не пришлось. Яная что-то сердито крикнула, и парни опустили винтовки.
— Вам нельзя идти к Проклятой Горе Богов, — сказала россинка. — Кари и Юлиан видели, что из нее выползли злые черепахи с усами и теперь рыскают вокруг.
— Этими усами они срезают деревья, — добавил один из молодых россинов, с голубыми глазами и пушком над губой. — Теперь там широкая полоса лесоповала.
— Вот дьявол! — с досадой проговорила Мириам. — Похоже, нас во что бы то ни стало решили не пускать в Ствол. Может быть, ты еще раз попробуешь позвать бровея Мимо? Пусть вызовет трансгресс.
Ивор покачал головой.
— Мы должны идти дальше без посторонней помощи. Иначе какой я оператор?
— Тогда придется пробиваться с боем. Эти парни с Яной отвлекут черепах, — а это, скорее всего, знакомые нам герплексы с нейтрализаторами межатомных связей, — а мы попытаемся проскочить к Стволу.
Ивор снова качнул головой.
— Этим парням и так достанется от вождя, что пропустили нас. Нужен какой-то нестандартный прием… — Он замолчал, уставившись в пространство. — М-м-м… почему бы не попробовать?
— Что?
— Оживить «лошадь» «хронорыцаря».
— Ты серьезно?! — удивилась девушка.
— Почему нет? Если нам удастся активировать энергосистему «кентавра», мы прорвемся к Стволу сквозь любое оцепление. Если же не удастся, тогда и будем думать, как это сделать.
— Я думала, только я такая сумасшедшая.
— У нас были общие предки.
Мириам улыбнулась.
— Вы хотите… разбудить… мертвого слугу богов?! — догадалась Яная. — А если он оживет и проглотит вас?!
— Не проглотит, — беспечно махнула рукой Мириам. — У него и рта-то нет. Это всего-навсего механико-энергетическое страшилище, оно не предназначено для охоты и поедания людей живьем. Возвращаемся к «кентавру», оператор. Если тебе удастся запустить его, я покаюсь во всех своих грехах.
— Идет, — сказал Ивор, подставляя ладонь под удар ладони девушки.
— Вы действительно сумасшедшие! — прошептала россинка. — Как бы я хотела пойти с вами!
Ивор и Мириам засмеялись.
— Тебе еще рано, — сказала землянка.
— Мне уже пятнадцать сезонов, — приосанилась Яная, — и мне можно иметь мужа.
— И все же мы не имеем права взять тебя с собой.
— Я понимаю, — сникла россинка, жалобно посмотрела на Ивора. — Но хотя бы одним глазком посмотреть на то, как вы будете оживлять мертвого слугу богов, можно?
— Это пожалуйста. Может быть, у нас ничего и не получится. Ведите нас к нему кратчайшей дорогой.
Россины посмотрели на свою соотечественницу, Яная что-то сказала им не терпящим возражений тоном, и все трое растворились в лесу как тени. Они были детьми своего времени, хозяевами леса, хранителями его первозданной чистоты и умели превращаться в бесплотных духов природы.
— Идите за нами, — прилетел из чащи леса тонкий голосок россинки.
Ивор встретил насмешливо-понимающий взгляд Мириам и поспешил за россинами.
До реки, на берегу которой лежал по брюхо увязший в земле «конь» «хронорыцаря», отряд добрался всего за полтора часа. Россины вообще не выказывали признаков усталости, привыкнув к долгим лесным переходам, а земляне хоть и устали, но держались на самолюбии и темпа не теряли.
Остановились в пределах видимости громадного механизма.
— Дальше мы не пойдем, — заявила Яная. — Может быть, не стоит будить слугу богов?
— Еще как стоит, — не согласилась Мириам и добавила со смешком: — Хотя я сама не знаю, что это нам даст.
— Что делать нам, если он нападет на вас?
— Он не нападет. А если все-таки бросится, вам необязательно ввязываться в драку, уходите домой. — Мириам посмотрела на Ивора, пристально рассматривающего гиганта на берегу. — Подойдем ближе?
— Да, конечно, — очнулся молодой человек. — Впрочем, ты останься здесь на всякий случай. Я не уверен, что справлюсь, и не знаю, опасен ли этот зверь на самом деле.
— Я пойду с тобой.
Ивор нахмурился, твердо сжал губы.
— Ты останешься здесь!
И Мириам проглотила вертящиеся на языке возражения, пораженная тоном, каким были сказаны слова. Такой непоколебимости Ивор еще не демонстрировал.
Он приблизился по берегу реки к мертвому «кентавру», остановился в метре от него, постоял несколько минут, задрав голову, приводя себя в состояние
— Ничего не получится… мертвый слуга богов лежит здесь очень давно, много-много сезонов…
— Ивор, возвращайся, — позвала Мириам. — Мы, наверное, ошиблись, он давно сдох.
