Она задавалась вопросом, не были ли истоки кровавой магии схожи: не было ли это магическим эквивалентом превращения души в оружие? Возможно, количество жертв делало заклинание сильнее, по тем же принципам ядерного синтеза или распада, что кровавая магия соединяла или расщепляла компоненты души в некую нестабильную форму, и при этом высвобождалась вся эта магическая энергия, а нестабильная остаточная форма души создавала те самые осадки?
Учитывая, как трудно было получить доступ к душе, я посчитал весьма маловероятным, что кровавая магия работала на таком уровне. Поэтому я подумал, что, возможно, на самом деле кровь была чем-то вроде сверхтоплива, и кровавая магия связывала это сверхтопливо и концентрировала его в бомбу. Порча же была просто остатком, неразорвавшейся бомбой. По сути, я думал, что во время кровавого ритуала жизненная энергия или мана жертв преобразовывалась в энергетическую форму, и это и была та самая бомба.
Вроде того, как если бы вы собрали в кучу множество некачественных фейерверков, а затем взорвали их, и иногда некоторые из этих фейерверков не срабатывали, или старые бомбы времен Второй мировой войны, которые по какой-то причине не взорвались.
Подумав об этом, я понял, что наши теории схожи, просто на разных уровнях. Я просто предполагал, что кровавый ритуал преобразовывал энергию живого в энергию оружия, по сути, все, что происходило с запасом маны и телом, переходило в другую форму.
Мне нравилась теория Алексис, в ней была своя элегантность. Это было похоже на версию кровавой магии, которая расщепляет атом, и имела куда более серьезные последствия. Например, осознание того, что существует некий вид магии или энергии, который фундаментально удерживает души вместе. Взгляд на истинные природные силы мира.
Предполагаю, это можно было бы проверить. Если теория Алексис верна, я должен был бы стать свидетелем какого-либо изменения души во время кровавого ритуала. Или, возможно, обнаружить наличие остатков души в порче, чего я до сих пор не делал. Возможно, дело в размере; если аналогия Алексис с ядерными бомбами верна, то, возможно, распад души создавал еще более мелкие частицы, для обнаружения которых требовалось специализированное оборудование.
Например кварки души? Скварки?
ПОБОЧНАЯ ИСТОРИЯ - ЛОЗАННА ВСТРЕЧАЕТ ГЕРОЕВ
ОкеанофПДФ.ком
ПРИМЕРНО В 83 ГОДУ, 2 МЕСЯЦА
— Я пошла, мам, — сказала Лозанна, подойдя к матери и обняв ее. Лауфен улыбнулась и обняла дочь в ответ. Лозанне вот-вот должно было исполниться четырнадцать, и теперь она была активным членом региональных патрулей.
— Хорошо. Возвращайся в целости, — Лауфен поцеловала ее в лоб. Лауфен улыбалась; возраст начинал сказываться, появились морщинки. Даже эльфы страдали от стресса и старения, хоть и медленнее, чем другие. — Только не отходи слишком далеко от деревьев Три-Три, ладно?
— Ага. Поняла, — Лозанна кивнула, но в глубине души знала, что это ложь. Очень часто ей и ее патрульной группе приходилось удаляться от деревьев, иногда чтобы помочь застрявшим торговцам, а иногда просто чтобы найти заблудившихся беженцев.
Но после первого инцидента, когда они потеряли связь с Три-Три, их стратегия улучшилась. Теперь в их отряде было три следопыта, все сосредоточены на выслеживании. Одна из девушек Валторн тоже была следопытом — выбор, который они получили по мере продвижения под наставничеством Три-Три.
Лозанна схватила небольшой паек еды, закрепила на спине несколько деревянных копий, а затем два деревянных меча, все зачарованные для особой эффективности против демонов. На ней были простые наручи, сделанные по ее размеру, и она направилась к месту встречи.
Новая Фрика теперь была намного больше. Гораздо многолюднее, по крайней мере, по сравнению с несколькими годами ранее. Три-Три не особо это чувствовал — для него это было лишь мимолетным мгновением — но для Лозанны запах, окружающий шум, болтовня иногда ей хотелось, чтобы было немного тише. Тем не менее, она знала, что Три-Три всегда наблюдает, даже если его зрение было кратковременным. Она могла почувствовать это, если он обращал на нее внимание. Это просто резонировало с ее особым фамильяром. Стражем.
Лозанна взглянула на свое меню статуса, а затем на меню фамильяра. У него был свой собственный мана-метр, рядом с которым виднелся символ звезды. Он жил в ней и выползал, словно змея, чувствуя внимание своей хозяйки.
— Обычное патрулирование, — прошептала она. Древесная змея кивнула и снова исчезла. Она никогда не говорила, но Лозанна верила, что та понимает ее. — Посмотрим, на что мы наткнемся на этот раз.
— Приветствую, миледи, — поклонились двое патрульных. Лозанна вздохнула. Капитан кивнул в знак согласия.