— Теперь она директор, — Юра отпил чаю. — И, конечно. Нужно помнить человека, который так запросто вошёл в наш город и публично убил четырёх друидов.
Лейтия издала мягкую, по-бабушкински добрую улыбку.
— Так расскажите мне о Совете Хутана. Как они пали так низко? Чтобы потерять даже самого грозного своего палача?
— Это следовало типичному пути, правда. Жадность, некомпетентность, высокомерие и самоуверенность, — Лейтия пожала плечами. — Как вообще друиды могли соревноваться с несколькими Великими Друидами? Даже наш самый старший Архидруид — всего лишь один человек, и, конечно, путь друидов в Хутане беспорядочен, хаотичен, совершенно непохож на структуру Вальторнов.
— Некоторые сказали бы, что это истинный путь природы. Я слышал, что Хутан утверждает, будто то, как мы обучаем наших друидов, искусственно. Дескать, это скорее ферма, чем дикая природа.
— Так они говорят, — Лейтия кивнула. — Но перед лицом королей демонов скорость фермы превосходит. Большое количество компетентных друидов, которых они могут выпускать каждый год, означает, что Вальторны могут терять десять на каждого обученного нами. Архидруид может быть чертовски хорошим друидом, и я уважаю его за это, но он не смог провести нас через постоянный, нескончаемый ливень демонов.
— Тогда что привело вас к нам? Я слышал от Эона, что он согласился.
— Я могу быть стара, но я тоже хотела увидеть это сочетание веры, института и могущества. Бывают времена в древних легендах, когда люди должны признавать тех, кто меняет мир, будь то человек или существо.
— Никогда бы не подумал, что вас, палач, могут вдохновлять легенды. — Они оба усмехнулись.
— Что ж
— Вам нравится то, что вы видите?
— Пока рано говорить.
В Фрешлендском Третьеуровневом Колледже присутствие простолюдинов теперь было неоспоримым. Однако между детьми знати и простолюдинами, которые к ним присоединились, явно существовал большой социальный разрыв.
Это объяснялось тем, что Фрешлендский Третьеуровневый Колледж по своей сути был высшим учебным заведением. Подразумевался определённый уровень понимания, а простолюдинам не хватало этих базовых знаний. В отличие от Вальторнов, которые получали образование с юных лет, и в отличие от священничества, где жрецы сами занимались их обучением основам веры, ФТК сразу переходил к управлению, военному делу и экономике.
Довольно большая часть зачисленных простолюдинов даже не умела писать, поэтому они не могли даже учиться самостоятельно, если бы захотели. Большинство из них, поскольку их спонсировала знать, также должны были выполнять поручения для знати, поэтому время, отведённое на учёбу, было очень ограничено. Некоторые не знали таких вещей, как математика, и имели ограниченные знания о мире за пределами их повседневных обязанностей.
Когда я открыл места и для простолюдинов, оказалось, что большинство дворян просто выдвигали и спонсировали своих сопровождающих, чтобы те помогали им. В некоторых случаях дворяне назначали сопровождающих, которые умели читать и писать, чтобы те могли делать записи. Однако в большинстве случаев дворяне обычно просто назначали либо телохранителей, умеющих сражаться, либо просто обычных горничных.
Конечно, это не было моим намерением. Я хотел создать административный класс. Бюрократию.
Эти простолюдины боролись изо всех сил. В каком-то смысле они напоминали мне о моих друзьях, которым приходилось работать полный рабочий день и учиться заочно. Конечно, какое-то обучение шло, но почему-то оно было не таким эффективным или глубоким, как очное обучение.
Не помогало и то, что сами преподаватели настолько привыкли обучать знать, что некоторые даже не утруждали себя помощью своим товарищам-простолюдинам.
Таким образом, этот разрыв в результатах также создавал и усиливал чувство превосходства, которое испытывала знать.
Мне пришлось вмешаться, поэтому я быстро потребовал, чтобы Тордрок добавил специальные коррективные занятия для простолюдинов, предназначенные для обучения их основам чтения, письма, языка и математики, что он и сделал.
По мере приближения года к концу я задавался вопросом, добиваются ли герои прогресса. Я надеялся, что да.
Честно говоря, у нас было не так много информации. Блокада доставляла много проблем, и флоту всё ещё требовалось больше времени. Строительство военных кораблей и обучение морских солдат занимало гораздо больше времени, чем ожидалось.
Что толку, если мы прорвём блокаду?
Если никто из других стран не захочет торговать с нами, какой смысл прорывать блокаду?
Нам нужна была стратегия, которая смотрела бы дальше этого, поэтому первым делом нам нужен был способ связаться с другими королевствами на всех этих континентах. Возможно, некоторые будут открыты для торговли и конфиденциального общения с нами, а также способы налаживания торговых отношений.
В качестве альтернативы, если бы мы прорвали блокаду, у нас должен был быть военно-морской флот, способный перебросить значительную армию для захвата и удержания порта на одном из других континентов. Только оттуда мы могли бы затем восстановить связь и нашу разведывательную сеть.