Краснота солнца усилилась, и оно казалось больше. Жар был невыносимым, и часть моей маны уходила на охлаждение всей моей древесной сети, пока я пытался добраться до обнажённого ядра кометного мира.
Монстров не осталось. Никого.
Лишь притяжение какой-то необычной магии разрывало весь мир на части. Это не было божественной силой. Магия больше не работала. Разрывающие энергии здесь, казалось, мешали магии, поэтому я и отправил Стеллу домой.
Я порождал свои деревья так быстро, как только мог, это была гонка со временем, пока кусок земли, на котором я находился, не оторвался бы.
Метеоры врезались в один из парящих обломков, и он раскололся пополам. Часть его дрейфовала обратно к светящемуся обнажённому ядру. Я не знал почему, но меня к нему тянуло.
Огромный метеор врезался в обнажённое ядро Кометного мира, и от него откололись большие куски. Светящиеся части взлетели вверх и почти мгновенно превратились в камень, а я увидел, как ядро уменьшилось в размерах.
Я попытался дотянуться до него.
— Слишком поздно, дитя другого мира.
Я почувствовал очень сильное притяжение к земле, и даже когда я увеличивал количество корней, оно разрывало их в клочья. Я пытался скрепить землю хлипкой лентой во время землетрясения.
Путь к ядру был потерян, и я почувствовал себя немного слабее. Нет, мои деревья в том мире почувствовали себя немного слабее.
Ядро стало меньше, большая часть его обломков разлеталась в стороны. Я увидел, как обнажённое ядро засветилось, а затем взорвалось на множество фрагментов. Странный белый осколок полетел прямо ко мне.
Это была белая руда размером со ствол дерева, она подлетела и упала рядом с одним из моих вспомогательных деревьев. Мои корни немедленно обвили её и потянули к моему дереву клонов. Времени на анализ того, что это было, не было, потому что я отправил её обратно.
Как только я это сделал, ядро снова засветилось и затем рассыпалось. Слой в небе разбился вдребезги. Это было похоже на защитный купол, который когда-то существовал над всей планетой, он исчез, и весь мир был объят пламенем. Все мои малые деревья были уничтожены, и земля на мгновение сгорела, а затем всё прекратилось.
Нечему было гореть. Ничего не осталось.
Однако моё главное дерево клонов выжило; красноватое солнце продолжало обрушивать на него испепеляющую горячую энергию, но это не возымело эффекта. Моё дерево клонов разделяло мою устойчивость.
Часть меня парила в космосе, и я наблюдал, как красное солнце светилось и росло. Оно становилось ещё больше и занимало всё большую часть пространства.
Теперь метеоры летели прямо на меня, притягиваемые какой-то магией. Я чувствовал, что воздух был плотным от маны и магии, которые я не совсем понимал. Это было похоже на звёздную ману, но всё же отличалось. Я не мог заставить свои магические сенсоры проверить это; они слишком быстро разрушались от постоянных окружающих лучей. Нет, точнее, всё распадалось кроме меня.
Красное солнце росло в течение года, а затем, в один внезапный момент исчезло.
Исчезло.
Моё дерево клонов дрейфовало в одиночестве в космосе, в кажущейся вечной пустоте и темноте.
— Мир исчез, — Стелла в ужасе оглянулась из безопасности нашего дома. — Как?
Не было ничего абсолютно ничего. Все звёзды в том мире, казалось, тоже исчезли.
В пустоте, дома—
Вы получили титул: Свидетель Смерти Мира
Вы получили титул: Иномировой Спаситель
Народ Канари получил титул. Иномировой Беженец. И Люмуф, и Стелла также получили титул Иномировой Спаситель. Титулы казались мне в основном бесполезными, но тот факт, что система их присуждала, означал, что в них должен быть какой-то смысл.
В любом случае, Люмуфу пришлось прямо сообщить Канари эту новость. — Ваш мир умер. — Канари выли и причитали. К этому времени они уже переселились в секретный горный район на Центральном континенте. Возможно, однажды их представят более широкому миру, но пока их было слишком мало. Секретные караваны доставляли им еду, пока они приспосабливались к новому миру.
Канари также пришлось организоваться, чтобы общаться со мной. Эдна и Люмуф были настолько сильны, что для них они были почти живыми богами. Странно, но меня они, казалось, почти не замечали и в основном обращали внимание на Люмуфа. Но мне Люмуф нужен был в другом месте, теперь, когда Кометный мир был потерян. Я хотел, чтобы Люмуф вернулся в Трёхмирье.
Я попросил друидов Вальторна помочь построить для них временное жильё, пока их собственные строители и рабочие не возведут нечто более соответствующее их вкусу.
У нас состоялась встреча, главным образом для обсуждения будущих планов, а также для лучшего понимания прошлого.
Встреча проходила во временном деревянном зале в их части мира. Их люди выглядели счастливыми, но я не был уверен, так как не мог точно читать выражения лиц Канари, главным образом потому, что был совершенно с ними незнаком. В каком-то смысле, это была проблема, с которой я сталкивался и с людьми-ящерами, и с древесными народами.
По крайней мере, у этих Канари были столы и стулья, так что эта часть была обычной. — Как обстоят дела?