Бармена звали долго. Сначала пробовали просто постучать по пластику стойки. На стук никто не отзывался. Потом стали звать. Спустя минут семь из глубины темного коридора, ведущего в бар откуда-то из недр служебных помещений, появился заспанный и всклокоченный молодой индус. Яростно потирая глаза, поинтересовался, чего они хотят.
— Да ничего, собственно, — ответил Мухомор.
— А чего звали тогда? — резонно заметил бармен, или кто это был.
— Спросить хотели. Заведение когда открывается?
— Оно всегда открыто, — удивился индус, — вы же зашли.
— А, ну да, — согласился Мухомор.
— А это кто у вас в свечах висит на стене? — спросила Настя.
— О, сестра, — как-то сразу запел индус, — это великий человек. Он основал этот клуб, он дал всем нам цель.
— Всем нам — это кому?
— Всем людям. Всем тем, кто подключается к Сети.
— Что-то я не пойму, — сказала Настя, — ну я подключаюсь к Сети. Но про данную мне цель ничего не слышала.
— За тем и пришла ты сюда. Подожди, скоро здесь станут собираться люди. Они помогут тебе обрести цель.
— Хорошо. — Настя поняла, что с целью все очень запутано и вряд ли удастся быстро выяснить. Все это очень напоминало секту. Старый Чип, оказывается, еще и гуру компьютерных сектантов. Поистине великий человек. Чего он только не успел сделать в жизни! Жаль, что не судьба была с ним познакомиться, когда он еще не выжил из ума.
— А что, у вас здесь в Сеть выйти можно? — спросила бармена Настя.
— Да, конечно. Вон там, — он указал рукой в глубину зала, где было видно слабое синеватое мерцание какого-то искусственного источника света.
Настя прошла в указанном ей направлении. Там, отгороженные друг от друга стилизованными под дерево тонкими пластиковыми перегородками, стояло несколько слабо светящихся голоэкранов с клавиатурой возле каждого. Никаких признаков длинных черных проводов вирт-коннекторов не отмечалось.
— Это что? — крикнула Настя в сторону бара. Индус к этому времени уже успел скрыться в недрах темного коридора.
— Компьютеры, — ответил он, снова появившись у стойки бара.
— Я понимаю, что компьютеры. А к Сети-то как подключаться?
— Эти компы всегда подключены. Только без виртуальности. Нельзя впускать электронную ерунду в свой мозг. Это добром не кончится. Но надо быть в курсе событий, чтоб достичь цели. Поэтому в Сеть можно выходить просто — старым дедовским способом, просто наблюдая за событиями на экране.
— Ясно, спасибо, — ответила Настя и обратилась к Мухомору: — Похоже, старикан Чип и в те годы уже с катушек съехал. Про зло в Сети вспоминаешь?
— Похоже на то, — согласился Мухомор.
Пользоваться старомодными терминалами, вводя данные вручную, было непривычно, и Настя постоянно спотыкалась, совершая не те действия, которые от нее ждала программа. Оказалось, что в Сети довольно много информации, не завязанной на виртуальность. В первую очередь они посмотрели сводки новостей из Питера. Но там ничего особо ценного обнаружить не удалось. Сообщалось о перестрелке в «Медведях» — хорошенькая перестрелка. Вроде бы, насколько помнила Настя, стрелял один киберстрелок. Правда, о кибере не было ни слова. Писали, что две хакерские группировки выясняли отношения, в ходе чего в баре образовалось пять трупов, три из которых куда-то бесследно исчезли. Следов найти не удалось. Конечно, не удалось — видно, друзья тех трупов ментам денег не подкинули, так чего напрягаться, никому, значит, те следы не нужны. Дальше следовал длинный перечень злорадных сообщений о том, где еще кого застрелили, утопили, зарезали. Ничего особо интересного Настя в них не нашла.
Посмотрели новости из Калькутты. Здесь корреспонденты честно сообщали, что в аэропорт ворвалась группа бандитов из местной мафии и по неизвестным пока причинам устроила стрельбу. Никто не пострадал, только половина пассажиров рейса Санкт-Петербург — Калькутта подали исковые заявления в суд с требованием оплатить моральный вред. Вторая половина пассажиров никакого вреда, судя по всему, не понесла. Про исчезновение двух человек с рейса ничего не сообщалось. Что свидетельствовало о том, что их продолжают искать. И, если они не поторопятся с поисками убежища, скорее всего, найдут в самое ближайшее время.
Настя уже хотела закрыть сводку новостей, как вдруг ее внимание привлекла последняя строчка из питерских новостей, появившаяся всего с полминуты назад. Она пробежала ее глазами, но не поняла, что ее привлекло. Текст был для нее совершенно неинтересен. Там сообщалось о трагической гибели какого-то Вениамина Лугового. Кто это такой, Настя не знала и никак не могла понять, почему ее так заинтересовала эта полоса, пока не взглянула на маленькую картинку, приколотую к строке. Она развернула картинку в полный размер. Это была та самая фотография, что висела справа от нее, окруженная зажженными свечами. Вениамином Луговым, известным в прошлом программистом и нейрокибернетиком, как сообщалось в некрологе, был Чип. Не менее знаменитый в среде хакеров, герой хакерских баек, старый Чип-энд-Дейл. И теперь он был мертв.
