"Туземцы", – подумал Дед, рассматривая их с не меньшим интересом.Здесь собралась приличная толпа. Женщины, полуобнаженные по местным традициям, дети, не обремененные одеждой, мужчины, разрисованные яркими красками и украшенные перьями."Или у них сегодня выходной, или меня определенно ждали", – подумал Дед, но решил пока сохранять молчание.Посреди поляны стояла группа шалашей. У самого большого и ярче всех разрисованного орнаментом, восседал, скрестив ноги, смуглый и, словно высохший на солнце, старик. Кожа его была настолько темной и сморщенной, что было сложно определить его возраст. Облачен он был в набедренную повязку и какую-то накидку, украшенную тем же замысловатым орнаментом и пестрыми перьями. Его головной убор заслуживал особого внимания. Он был в пол человеческого роста и не понятно, как вообще старик ухитрялся удерживать его на голове. Украшен он был перьями всех возможных расцветок и размеров. Скрепленные чем-то незаметным, они переплетались между собой и образовывали гармоничный узор.Не говоря ни слова, Дед преодолел расстояние до хижины и опустился перед вождем на колени. Он вытянул руки, на которых лежала карта и замер, почтительно склонив голову. Он не знал, зачем это делает, но чувствовал, что поступает правильно. В его руках сейчас находились все три части зашифрованного древнего документа. Одну ему принесли Софи и Льюис, другую он перекупил у мнимого бродяги, третью часть ему вручил один из братьев Беслед, когда они встретились в Сити. Уильям тогда сказал странную вещь, что он не хочет хранить эту штуку у себя. Что она не дает ему покоя, и что она проклята, как и сам остров. Дед прекрасно понимал, что тот имел в виду, потому, как сам прошел через то же.Приняв сверток из рук пришельца, вождь мельком глянул на него, кивнул и тут же передал подоспевшему подданному. Дед не знал, что делать дальше. Кроме того, он подозревал, что местные жители его даже не поймут. Он поднялся и отступил на шаг. Склонившись в неглубоком поклоне, он развернулся в сторону берега и уже собирался уходить, как его остановил голос.– Ты не останешься на праздник возврата?
По всей видимости, говорил вождь. Его голос совсем не казался старым, а скорее был таким же безликим, как и его внешность. Любой здравомыслящий человек непременно удивился бы, услышав знакомую речь в подобной глуши, но только не Дед. За последние полгода он повидал столько чудес, что удивить его знакомыми словами было не так легко.
– Простите, не могу. Я должен идти, меня уже ждут.
– Ты не тот человек, которому я отдал карту двадцать лун назад, – требовательно сказал вождь, – но я чувствую на тебе печать Дримлэнда. Ты был там. Ты очень настойчив, поэтому судьба подарила тебе столь редкий шанс исполнить свои мечты. Что же случилось с тем надменным юношей, что приходил до тебя?
– Его мечты осуществились.
