– Я готов быть караульным, – твердо заявил Арчи, надеясь хотя бы этим заслужить доверие капитана.
– Ложись спать. И без возражений! – Он словно бы очнулся ото сна, провел ладонью по лицу, словно отгоняя дремоту и, заметив разочарование во взгляде мальчика, продолжил более мягко, – Я подежурю. Все равно мне плохо спится на твердой земле. Возраст, знаешь ли. Если все же решусь вздремнуть, обязательно тебя разбужу.
Воодушевленный этим обещанием, Арчи принялся тщательно укутываться в одеяло. Как и обещал еще днем Дед, даже при почти полном штиле к ночи стало ощутимо прохладно. Без прихваченных одеял им бы пришлось очень туго, поэтому мальчик мысленно поблагодарил капитана за сообразительность и повернулся на правый бок.
Мальчик некоторое время прислушивался к звукам ночного острова. Из-за отсутствия ветра шелеста листвы практически не было. Невидимые в темноте и неизвестные мальчику местные обитатели вели свою обычную для этого времени суток песню. Кто-то щелкал, кто-то стрекотал, ухала в вышине над деревьями одинокая птица, протяжно завывал кто-то в глубине острова. Разбавлял эти странные и изрядно беспокоящие Арчи звуки мягкий шепот волн. Они перекатывались с легким шорохом, и море понемногу успокаивало мальчика своим ровным дыханием.
Льюис, не привычный к ночевкам под открытым небом и прямо на земле, долго ворочался, но вскоре усталость взяла сое, и он затих. Со стороны Софи не было слышно ни звука. Спала она или успешно притворялась, было не понятно, но размышляя над этим, Арчи и сам не заметно для себя уснул.
