За большим столом собралась вся семья. Во главе стола сидел Роман Горбовский. С правой стороны от него сидели его мать, брат, жена брата и его сын от первого брака. С левой стороны разместились жена, дочь, Наташа и Саша. Дронго занял место напротив хозяина дома. Стол был рассчитан на двенадцать человек, но одно место с каждой стороны оставалось пустым. Дронго обратил внимание, что на ужин пригласили и Сашу. Очевидно, для хозяев он был не просто телохранителем, а доверенным лицом семьи. Саша сопровождал Горбовского во всех личных поездках и считался руководителем его охраны, несмотря на свою молодость. За столом слышался резкий голос Риммы Алексеевны, громкие восклицания Аркадия Андреевича и спокойные, уверенные ответы Романа Андреевича. Остальные предпочитали молчать. Дронго обратил внимание, как пытается скрыть свою улыбку Наташа каждый раз, когда к ней обращалась Римма Алексеевна. Очевидно, Наташа действительно была умной женщиной. Разговор шел о знакомом бизнесмене, убитом в прошлом месяце. Аркадий Андреевич громко и бесцеремонно настаивал, что убитый был связан с мафией и поэтому его наказали. Римма Алексеевна ему возражала.
— По-твоему, все, кого убивают, связаны с мафией? — спрашивала она. — Ты ведь знаешь, как иногда убивают ни в чем не виноватых людей, которые мешают бандитам.
— Такого не бывает, — отмахнулся Аркадий Андреевич, — ты не понимаешь, мама, почему их убивают. Они нарушают свои внутренние соглашения, и поэтому их убирают. Есть правила игры, которые все должны соблюдать. Как только кто-то нарушает эти правила, его сразу убивают. А просто так никого и никогда не убивают.
— Ты говоришь глупости, — обиделась мать, — я все прекрасно понимаю. Сейчас время такое бандитское, что убить могут кого угодно. Может быть, жена, недовольная своим мужем, или муж, недовольный своей женой, вызывают убийц и платят им деньги. Сейчас жизнь человеческая ничего не стоит. В наше время так не было.
— Ты права, мама, — вставил Горбовский, — дело в том, что не все нынешние преступления можно объяснить с логической точки зрения. Иногда случаются абсолютно необъяснимые вещи. Мне рассказали, как несколько дней назад банда подростков забила бомжа. Абсолютно немотивированное преступление. Или когда пьяный сосед зарезал несчастную женщину, с которой он вместе выпивал. Таких случаев сколько угодно. Почитайте «Московский комсомолец».
— Это бытовые преступления, — возразил Аркадий, — а я говорю про заказные убийства. Это совсем разные вещи.
— Мне кажется, что Роман прав, — вмешалась Виктория, — сейчас может произойти все, что угодно. Вы же помните, как к нам пришел этот несчастный парень, который работал у Романа несколько дней. Разве эта смерть хоть как-то мотивирована?
— Тоже бытовуха, — лениво ответил Аркадий Андреевич, — хотя он упал очень интересно. Точно ударился об край. Как будто его толкнули именно в это место.
Горбовский перестал жевать и взглянул на своего младшего брата.
— Кто его мог толкнуть? — спросила Римма Алексеевна. — Сам напился и упал. Я вообще удивляюсь, как Гена мог пропустить пьяного сотрудника к нам на дачу.
— Он не пропускал, — объяснил Антон, — нам сотрудники милиции все объяснили. Этот пьяный появился на нашем участке и прошел охрану у шлагбаума, объяснив, что он водитель Горбовского. А потом перелез у нас через ограду. Он как раз знал, где можно перелезть. Там второй день шел ремонт.
— Ты как будто его оправдываешь, — возмущенно заметила Римма Алексеевна, — такого человека вообще нельзя было брать на работу.
— Я только объясняю, как он к нам попал, — улыбнулся Антон.
— Такие люди, как этот погибший, всегда угроза обществу, — гневно заявила старуха, — надеюсь, Саша, что вы больше не допустите, чтобы у нас появился подобный тип.
— Не допущу, Римма Алексеевна, — заверил молодой человек, улыбаясь.
— И не улыбайтесь, — строго сказала она, — я хочу, чтобы у моего сына не было никаких проблем.
— Это зависит и от твоего сына, — вставил Аркадий, — пусть проверяет всех, кого берет на работу.
Горбовский посмотрел на него, но ничего не сказал.
— И вообще нужно быть осмотрительнее, — сказал Аркадий, — иначе скоро у нас на даче появится новый пьяница, и на этот раз он толкнет кого-нибудь из нас.
— Хватит, Аркадий, — недовольно сказала его жена, — даже если кто-то упал и разбился, то об этом не обязательно говорить за столом. Мы все знаем, что там случилось, и нам незачем слышать об этом изо дня в день. Здесь к тому же дети.
— Правильно, — поддержал ее Роман, — хватит об этом.
