Звонок в дверь прозвучал непривычно и нервно. Тали пошла открывать, и ей показалось, что она слышит шаги, нерешительно удаляющиеся вниз по лестнице. Затем, словно набравшись решимости, шаги вернулись, и опять лихорадочно задребезжал звонок.
— А, доброе утро, миссис Раннион.
Миссис Раннион стояла по ту сторону двери, заглядывая внутрь, словно ожидая увидеть необузданную попойку, переминаясь с ноги на ногу, нехотя, не желая вторгаться, но имея что-то важное на уме. Она стояла, сцепив руки, постоянно теребила пальцы и смотрела поверх плеча Тали.
— Доброе утро, мисс Браун. Можно мне войти? Спасибо.
Дверь затворилась.
— О, какая у вас чистота и порядок!
— Благодарю.
— Я редко вас вижу, — сказала миссис Раннион. — И вот решила зайти. Я бываю так занята. Вижу, у вас тут всё прибрано. Любо-дорого смотреть. Хорошо, когда у тебя живут люди, которые присматривают за жильём. Надеюсь, те, что будут здесь жить после вас, окажутся такими же чистоплотными, мисс Браун.
— Надеюсь, здесь ещё долго не будет новых жильцов, — сказала Тали, встревоженная интонациями в голосе миссис Раннион. — Мне здесь очень нравится. По утрам здесь так хорошо.
Миссис Раннион села, поглаживая подлокотник кресла словно пса, как будто ей нужна была компания для своего очередного заявления.
— За этим я к вам и пришла. Из-за комнат, знаете ли.
— В чём дело?
— Мой брат приезжает из Иллинойса, недели через три, — сказала миссис Раннион, — а при нынешнем положении с жильём… Лос-Анджелес так разросся… Вчера вечером я как раз говорила мистеру Ранниону, как ужасно раздался Лос-Анджелес за десять лет. Помню, как сейчас — на Вилширском бульваре и в Ферфексе цирк-шапито разворачивал свои шатры, а теперь — полюбуйтесь…
— Так что вы говорили о своём брате, миссис Раннион.
— Ах да. Вот я и говорю, брат приезжает, а места нет. И… — она взглянула на свои извивающиеся пальцы, потом на Тали, потом в окно. — Ужасно не хочется это говорить, мисс Браун, но вам придётся уступить комнату моему брату.
— Вы хотите, чтобы я съехала?
— Не подумайте, что я вас недолюбливаю, мисс Браун.
— С какой стати мне так думать. Всё очень просто.
— Надеюсь, вы не станете жаловаться в Управление по связям с общественностью и чинить препятствия!
— Мне бы такое и в голову не пришло. Но я бы с удовольствием вселилась в квартиру поменьше…
— Но такой квартиры нет, и в ближайшие месяцы не предвидится…
— А я пару дней назад слышала, что Уильямсы возвращаются в Акрон. Я могла бы переехать на их место. Оно меньше, а с другой стороны, эта квартира великовата для меня одной. Мне столько места не нужно.
— Уильямсы? — переспросила домохозяйка. — Ах да, Уильямсы. Но на их место уже есть жильцы, молодожёны.
— Может, ещё подождут?
— Я не могу их подводить, я им уже пообещала.
Тали со странным выражением лица медленно присела.
— Но ведь я живу здесь два года. Я примерная жилица. Разве нет? Я содержу квартиру в чистоте. Разве нет? Я не закатываю оргий. Плачу вовремя. Так почему же я не имею права на комнату поменьше?
— Пожалуйста, мисс Браун, не ставьте меня в затруднительное положение, — вздохнула миссис Раннион, прикладывая ладонь к разгорячённому лбу. — Всякое бывает. Я уже пообещала сдать им эту квартиру, и вам придётся съехать.
— Но я живу здесь…
— Мне очень жаль, мисс Браун.
— Вам жаль. А каково мне? Куда мне деваться?
— Наверняка найдётся уйма всяких мест, если поискать как следует.
— Но вся моя мебель, укладывание вещей, переезд!
— Будьте добры, не пререкайтесь со мной, — устало и не без раздражения сказала миссис Раннион.
Она отдёрнула со лба руку.
— Вам нужно съехать отсюда, и весь разговор! — в её голосе послышались гневные нотки. — Хватит об этом. Я не хочу выходить из себя, но вы доведёте меня до белого каления, если не прекратите!
— С какой стати вам на меня сердиться? Я ухожу. Но сначала я хочу, чтобы вы об этом поговорили со мной.
— Разговор окончен, — отрезала миссис Раннион. — И слышать об этом не хочу. Сказано же вам коротко и ясно — выселяйтесь, и я буду довольна!
Тали смерила её взглядом и медленно заговорила.
— Да, да, — сказала она, — я съеду, но прежде чем я стану укладывать вещи, я хочу понять, почему вы так странно ведёте себя в таком элементарном вопросе?
— У меня полно забот. — Миссис Раннион вскочила и метнулась к двери, словно ей грозил потоп и погибель, если она задержится хоть на миг. — Я помогу вам, если нужно.
— Не извольте беспокоиться, — Тали сидела и говорила тихим голосом.
— Я помогу вам. Я непременно должна вам помочь.
— С какой стати? Миссис Раннион!
Домохозяйка остановилась, держась за дверную ручку, под серо-белой кожей её лица перекатывались желваки. Глаза плотно зажмурились; затем она обернулась и вымолвила, едва дыша:
— Это не я хочу, чтобы вы съехали, но тут ходят всякие разговоры.
— Какие разговоры?
— Ничего особенного. Просто разговоры. Новые люди. Новые постояльцы приходили на прошлой неделе посмотреть жильё, но отказались вселяться, потому что…
— Потому — что?
