– С ума сойти… – сквозь тяжелое дыхание и стук своего сердца, расслышала я и посмотрела на Макса, который отстранился и смотрел на меня немного пугающим, одержимым взглядом. – Я предполагал подобное, но кто же знал, что в реальности ты окажешься такой сладкой? – облизнув свои губы, склонил он голову к плечу, а после обхватил руками мои бедра и стал медленно поднимать подол платья по моему телу, открывая все больше и больше.
Наверное, я должна была бы смутиться, ведь представала обнаженной перед мужчиной впервые, но то, каким блеском загорались глаза Макса, а его дыхание становилось тяжелее по мере моего обнажения, заставило меня забыть даже о постыдном нижнем белье.
– Бл*ть! – выругался парень сквозь стиснутые зубы, задрав мое платье до горла, а затем и вовсе рывком стянул его с моей головы и обмотал вокруг запястий, отчего я стала совершенно беззащитной перед ним. – Ты надела подобное белье для того ублюдка? – вкрадчиво и пугающе тихо спросил он, отчего я напряглась и нервно сглотнула.
Ответ был очевидным:
– Он же был моим парнем… – отчего-то вместо злости или грусти данным фактом, ощутила я стыд за это, точно была чем-то виновата перед Максом.
И, честно говоря, лучше бы я молчала, потому что лицо моего друга исказила судорога гнева, а свободной рукой он обхватил мою грудь и сжал чувствительный сосок сквозь тонкое полупрозрачное кружево.
– Что же… в таком случае, я чертовски рад, что тебя, кроме меня, никто в подобном виде не увидит… – практически прошипел он, наклонившись и прикусив мою губу. Член, что упирался в меня снизу, дернулся и прижался ко мне сильнее. Я охнула от боли в губе и покалывающей дрожи внизу живота, а Макс, точно опомнившись, стал более нежным, виновато лизнув мои прикушенные губы. – Прости-прости… Мне так сложно сдерживаться…– едва ли не простонал он и потерся пахом об меня.
У меня из груди вновь вырвался судорожный вздох, но на этот раз, наполненный лишь удовольствием. Пальцы на моих ногах поджались, а колени сомкнулись на боках парня, словно умоляя о большем.
– Ты такая красивая… – прошептал он, лаская мою грудь ладонью, и сильнее прижался ко мне пахом, отчего по телу пробежали мурашки, а я всхлипнула и отвернула лицо, чтобы прикусить губу и сдержать громкий стон. – Не хочу, чтобы кто-то еще тебя такой видел, Таня… – спускаясь по моему горлу к груди жадными поцелуями, прохрипел друг, прикусив мою ключицу. Я дернулась от неожиданности, но Макс держал мои руки крепко. – Не хочу, чтобы кто-то еще знал, как ты выглядишь возбужденной… – продолжал он, добравшись до груди, а после накрыл ее губами сквозь кружево, безошибочно найдя сосок.
– А, стой… – испугалась я своих ощущений, но после громко застонала и прогнулась в спине, подставляя под его губы свое тело.
Черт, как же… хорошо… Всегда ли близость с мужчиной ощущается так?
– Не хочу, чтобы кто-то еще знал, какова твоя кожа на вкус и как легко на ней остаются следы страсти… – искушающим тоном произнес Макс, а после поддел пальцем кружевную чашечку бюстгальтера и потянул ее вниз, открывая одно полушарие. – Никто, кроме меня, не должен слышать, какие милые и чертовски возбуждающие звуки ты издаешь в моменты удовольствия.
– Макс, – захныкала я полушепотом и едва не захлебнулась воздухом, стоило его языку пройтись по беззащитному и пульсирующему соску.
Вслед за первой чашечкой, вниз стянули и вторую, открывая мою грудь окончательно.
– Только посмотри на себя… – слегка отстранился он, произнеся тихо.
Пришло запоздалое осознание и страх осуждения, учитывая, что моя грудь была довольно маленькой… Но стоило посмотреть на восхищенный взгляд Макса, который, как завороженный разглядывал меня, смущение и нервозность отступили, а я расслабилась, безоговорочно поверив в его искренность.
– Таня… что же нам делать? – внезапно задал он вопрос практически с мукой. – От одной мысли, что кто-то прикоснется к тебе или даже увидит… мне так хочется убивать… Даже просто от мысли, что всем этим вместо меня мог наслаждаться тот у*бок, у меня чувство, что внутренности выворачиваются наизнанку.
– Макс, – позвала я уже с тревогой, так как выражение лица друга показалось мне пугающим, а глаза излишне сосредоточенными.
Он моргнул и, словно опомнившись, посмотрел мне прямо в глаза, с ласковой улыбкой заявив:
– Кажется, у нас не остается выбора, кроме, как сохранить это удовольствие лишь между нами двумя и впредь, верно? – с лихорадочным блеском глаз спросил он, после чего коварно прищурился и стал спускаться к моему животу. – А теперь давай проверим, везде ли ты такая сладенькая…
– Что?.. – растеряно и заторможено переспросила я, вновь отвлекшись на ощущения, и как только до меня дошел смысл его слов, его рот уже прижимался к моим трусикам. – А-ах! – не сразу поняла, что руки мне больше не держат, потому от удивления замахала ими, не зная, куда деть. – Макс, стой! Нет, там не нужно! – запаниковала я, заливаясь краской смущения. – Пожалуйста-а-а! – простонала я последние буквы, когда он пососал меня сквозь ткань.
Я задрожала и беспомощно всхлипнула.
