Так вот! О чем это я говорю? Дети крепостных крестьян, закончив начальную школу, становились бы свободными людьми. Так и было записано в моем указе о создании тех самых начальных школ. При этом в тех школах особо то ничему сложному не учили. Это же не специальное училище. Ученики начальной школы изучали письмо (новый алфавит), закон Божий, географию, историю России и счет. В общем, дети там получали минимум необходимого образования. Получив которое, они уже могли поступить в специальное училище. А там уже продолжить образование и получить полезную и престижную профессию. Вот такой коварный план у меня родился. Я одним ударом мог убить двух бешенных зайцев. Освобождать часть крестьянских детей от рабства помещиков и получать потом для страны грамотных людей, благодарных мне за свободу. А учителей для тех начальных школ нам любезно предоставила церковь. Не особо грамотные священники как-раз годились для такой несложной задачи. На эту тему я вдумчиво так пообщался с новым патриархом Московским. И он обещал помочь с учителями для детишек.
Глава 7.
Маневры.
– Красиво идут, Патрик! – произнес я, поднимая подзорную трубу и рассматривая солдат марширующих на поле. – Хорошо ты их выучил. Но на войне надо не только красиво ходить, а и стрелять метко по врагу. Как они у тебя стреляют?
– Неплохо стреляют, мой государь! – ответил стоявший рядом генерал Патрик Леопольд Гордон оф Охлухрис. – Я бы сказал, что отлично попадают по мишеням! Эти ваши новые винтофки очень хороши да! Очень! Такого совершенного оружия я в других армиях не видел.
– Значит, винтовки тебе понравились, а поначалу то ты меня убеждал, что не надо их принимать на вооружение! – с усмешкой сказал я, рассматривая через оптику, как солдатики в красных мундирах, марширующие по полю ровными шеренгами, по команде офицеров четко остановились и вскинули свои винтовки с примкнутыми штык-ножами, целясь по мишеням. – Ты утверждал, что обычные гладкоствольные и дульнозарядные фузеи будут лучше. Как же так?
– Я признаю, что был не прав, мой царь! – ответил Патрик Гордон, склонив голову. – Я изменил свое мнение, узнав получше это замечательное оружие. Ваши винтофки стреляют дальше, точнее и быстрее чем любая фузея. Я это понял уже давно. Это самое совершенное оружие, которое я когда-либо видел в своей жизни да!
– Ого, действительно, очень неплохо стреляют твои солдатики! – радостно воскликнул я, увидев как много мишеней на поле скосил дружный залп первой шеренги.
И при этом солдаты там стреляли на двести метров. Для гладкоствольных ружей, принятых на вооружение во всей Европе, такая дистанция была просто невозможной. На двести метров фузея никак не добьет. Это вам не нарезное оружие. Не говоря уже о том, чтобы попадать по мишени прицельно на такой дистанции. А из наших винтовок вон замечательно так попадают. Очень точно кладут. И выучка у этих солдат моей новой армии тоже очень хорошая. За три прошедших года генерал Патрик Гордон, которого я назначил заниматься подготовкой моей армии, добился впечатляющих успехов по боевой подготовке.
Поначалу то у меня было только четыре боеспособных полка иноземного строя, которые хоть что-то могли изобразить. Семеновский, Преображенский, 1-й и 2-й Московские Выборные полки. Стрельцы и поместное ополчение, которых русские цари раньше использовали в качестве основной ударной силы на всех войнах, теперь абсолютно разложились и даже для гарнизонной службы годились мало. Это были никакие не солдаты, а обычная вооруженная толпа, без выучки и дисциплины. И меня такая царская армия совершенно не устраивала.
Поэтому в самом начале своего попадания сюда я озаботился созданием новой армии. А стрельцов пока тоже решил не распускать. Хоть они мне и не нравятся, а Петруше много крови попортили. Но к сожалению, без них пока обойтись никак не получается. Солдат то для новой полевой армии мы набрали. Но они мне будут нужны на полях сражений. А вот кто у нас станет многочисленные крепости и остроги охранять? Кто будет границы сторожить и стоять в городских гарнизонах? Для этого требуется куча народа. И пока нормальных солдат для этого у меня нет. Поэтому придется на первых порах обходиться стрельцами. Но пускай, они там не успокаиваются. У меня и до них тоже руки дойдут. Потом. Когда я здесь все разгребу немного.
Сейчас моя новая армия включает тридцать пехотных полков нового строя. Рекрутов в них мы набирали из стрельцов, казаков, других вольных людей. Крепостные крестьяне там также были. Их там примерно процентов семьдесят сейчас в моей новой армии. Кстати, с набором крепостных было проще всего. Я просто приказал, чтобы крупные землевладельцы выделяли, исходя из количества земель во владении, из своих подневольных крестьянских общин определенное количество молодых и здоровых крестьянских парней возрастом от семнадцати до тридцати лет. Опять же всех то крепостных я у этих рабовладельцев не забирал. Нет, только небольшой процент.