Тут я опять применял свою скрытую тактику точечных ударов по крепостничеству. Все зависимые крестьяне, становясь солдатами, избавлялись от крепости и объявлялись свободными людьми. Конечно, в армии жизнь тоже не сахар. Но зато служба там была не пожизненной. После пятнадцати лет выслуги солдат имел право уйти в отставку. И получал при этом небольшой земельный надел в собственность. Что для тех же крестьян было сродни чуду. Да, только ради этого они будут жилы рвать на службе. Кроме этого, даже рядовые солдаты моей новой армии теперь получали очень приличную заработную плату каждый месяц. Для накопления солдатских сбережений я даже создал специальный «Военный банк», где каждый солдат и офицер могли разместить свои деньги на сохранение или получить небольшой кредит, который потом отдавали из своего жалования. В итоге, по окончанию срока службы солдаты имели бы в «Военном банке» уже приличную сумму денег на своем счете. Неплохое такое выпускное пособие для дальнейшей безбедной жизни. В случает получения увечий, все военные инвалиды выходили в отставку и им потом выплачивалась небольшая пенсия. Офицеры же обязаны были отслужить в моей армии теперь минимум пять лет. Потом они могли заключать новый контракт. И по выходу в отставку получали пенсию, размер которой зависел от выслуги и звания офицера. Зарплату они также получали очень солидную. Я не собирался экономить на своих военных. Я всегда считал, что защитники отечества должны получать за свою трудную и опасную службу очень хорошие деньги. И мне не понятна была логика правителей, которые держали своих солдат на скудном жаловании. И потом ждали от них чудес храбрости и самопожертвования. Умирать на халяву никому не нравится. Если ты не будешь поощрять людей материально. То они быстро потеряют мотивацию своей службы. И будут все выполнять на открепись. И тогда ни о какой дисциплине говорить нельзя. Снова мы получим аморфную и недовольную массу вооруженных людей. Прямо как те стрельцы. А мне нужна от солдат высокая мотивация и дисциплина. Спрашивают то с них сейчас очень строго. Но и в замен они также получают очень хорошо. Поэтому мотивация сейчас у моих солдат была даже не железная, а стальная. Да, и с дисциплиной не было никаких проблем. Учились они военному делу с большой охотой. И результат я сейчас наблюдаю с этого холма через подзорную трубу. И он меня очень радует. Пехотный полк, который сейчас нам показывал свою выучку, действовал очень четко и слаженно. Ровные шеренги, согласованные передвижения по команде, меткая стрельба. У меня никаких нареканий к действиям пехотинцев не возникло. Хорошо Гордон их выучил. Сделал за три года из простых крестьянских парней настоящих солдат.
Потом я перевел взгляд на позицию артиллерийской батареи этого самого пехотного полка. И начал наблюдать за действиями полковых артиллеристов. Сейчас по новому уставу каждый пехотный полк русской армии состоял из трех батальонов по пятьсот человек в каждом. В батальоне же имелось пять рот по сто бойцов. Из них четыре роты были стрелковыми, с винтовками «Зубова» на вооружении. А одна состояла из гренадеров, вооруженных все такими же винтовками, ручными круглыми пороховыми гранатами и ручными мортирами, стреляющими теми же гранатами. Еще в полку имелись саперная и медицинская роты. Кроме этого каждый пехотный полк также включал в свой состав и батарею из шести трехфунтовых полевых пушек. И сейчас я как-раз наблюдал за уверенными действиями полковых артиллеристов. Видел, как они быстро подъехали к огневой позиции. Отстегнули пушки от упряжек и зарядных ящиков.
Между прочим, сейчас в русской армии были приняты на вооружении зарядные ящики для артиллерии на двух колесах. Это генерал Гордон настоял, утверждая, что такие ящики более маневренные и легкие. И артиллерийская упряжка с ними будет более подвижна на поле боя. Я то особо и не спорил с ним. Вы же знаете, что в артиллерии семнадцатого века я слабо разбираюсь. Тем временем артиллеристы очень шустро выкатили свои пушки на огневой рубеж и начали их заряжать. Вот они уже изготовились к стрельбе. И по команде офицеров открыли огонь из своих орудий. Перевожу подзорную трубу на мишени в поле. А неплохо, неплохо! Я бы сказал, очень хорошо стреляют артиллеристы. И с пушками своими они управляются очень уверенно и быстро. Молодцы! Сейчас, как я уже сказал, в моей новой армии каждый пехотный полк имеет свою артиллерию. Батарею из трехфунтовых легких полевых орудий.