Это в подтверждение моих слов о сильной и независимой Украине. Не было ее никогда. И не будет! Запомните это господа укронацисты. И передайте это своим хозяевам за океаном, которым вы так упорно лижите задницу. Тьфу ты! Меня и тут достала эта политика будущего. Я уже четвертый год нахожусь в теле Петра Первого. А меня все прошлое не отпускает. Нет, нет, а начинаю сравнивать реалии семнадцатого века с тем, что я наблюдал когда-то в веке двадцать первом. Пробивает меня иногда на вот такие размышления ни о чем. Мда! Так вот! Для меня здесь нет сейчас граждан второго сорта. Мне все мои подданные одинаково важны. Главное – чтобы они не занимались ерундой и не бунтовали против моей власти. И эту самую войну против турок и их союзников я начал, чтобы в том числе и защитить своих подданных от вражеских набегов на мои земли. Но в любом случае я приказал Шереметеву, чтобы он там приглядывал за гетманом Мазепой. А в случае предательства не колебался и карал изменника недрогнувшей рукой. В общем, в отличие от каноничных попаданцев, я решил дать Мазепе шанс.
Уже 6 апреля 1693 года моя армия и флот приблизились к крепости Азов. Первым нашим успехом в этой кампании стал внезапный захват Азовских каланчей. Эти две каменные башни по обоим берегам Дона, расположенные выше Азова, между которыми была натянута железная цепь, преграждавшая речным судам выход в Азовское море. Наше нападение было столь внезапным, что турки даже не успели послать гонцов и предупредить своих соплеменников, находившихся в крепости Азов. Кстати, казаки показали себя при захвате этих каланчей с самой лучшей стороны. А если говорить правду, то только благодаря им, этот внезапный захват тех прибрежных башен и удался. Я решил развить успех и пользоваться внезапностью, которая была достигнута. Конная разведка из калмыков донесла, что в устье Дона ниже Азова стоят на якорях несколько турецких морских кораблей. В типах парусных кораблей эти дети степей не разбирались. Поэтому просто сказали, что там стоят большие корабли. Хорошо, что хоть считать они умели. Поэтому мы знали точное количество судов противника. Кстати, как выяснилось уже позже, что турки на тех кораблях нашу конную разведку заметили. Но не обеспокоились, приняв конных калмыков за ногайцев. Для турецких моряков, все кочевники были на одно лицо. Поэтому враги оставались в счастливом неведении до того самого момента, пока не стало слишком поздно.
Флотом в этом походе у нас командовал вице-адмирал Джорджио Лима. Этот итальянец венецианского происхождения показался мне наиболее вменяемым флотоводцем, что у меня имелись на данный момент. У него единственного был опыт командования эскадрой в бою. Поэтому я его и сделал главным над моими кораблями. Лима разработал дерзкий план, с которым я согласился. И вскоре флагман «Москва» и все наши крупные корабли с галерами пошли вниз но течению Дона прямо мимо Азова, где нас совсем не ждали. И это позволило русским кораблям миновать турецкую крепость без всякого обстрела. Хотя пушки то у турок там были, направленные в сторону реки. Но все они оказались не заряжены. Да, и пушкари возле них не дежурили. Я же говорю, что враги нас совсем не ожидали здесь увидеть. Тем более, наблюдать в зоне видимости своей крепости такое большое количество кораблей. С верховьев Дона то обычно всякая мелочь плавала мимо Азова. А тут появилась целая эскадра больших военных кораблей. Неудивительно, что турки тут растерялись. Не были они готовы к такому сюрпризу. Я потом даже пожалел, что мы с ходу не напали на Азов, гарнизон которого расслабился и совсем не ждал нашего появления здесь. Да, еще и в таком большом количестве. Раньше то Азов такими огромными силами брать не приходили. В основном здесь донские казаки шалили отрядами по несколько десятков или сотен человек. А тут целая армия и флот пожаловали. Типа, здрасьте!