Сначала я ее жалела, мне казалось, что она бесконечно несчастная женщина, заточенная в нашем доме, как в тюрьме, а отец – он как злодей, похищающий красавиц – Синяя Борода. Когда его не было дома, мы любили с ней мечтать, как однажды, неведомым образом, отец исчезнет, а на смену ему придет красивый и добрый мужчина. Он на руках унесет маму из нашего старого неприглядного дома, прямиком во дворец. У меня там будет собственная комната, кровать с розовым балдахином, куча модной одежды и аквариум с рыбками…
В слабоосвещенном зале, в центре круга из людей, сидевших на пластиковых белых стульях, стояла сгорбившись темная фигура, плечи ее дрожали, из-под солнечных очков текли слезы.
– Спасибо, Вероника, за вашу историю, – сказал высокий, худощавый мужчина средних лет, он встал и сложил свой пластиковый стул, показав тем самым, что собрание окончено. Мужчины и женщины тихо в унисон захлопали, затем стали расходиться.
– Ну как? – робко спросила девушка в бесформенном спортивном костюме и кепке.
– А тебе самой как? – ответил вопросом Андрей.
– Не знаю, странно как-то. Непривычно, так вот напрямую, без обиняков, все вываливать как есть. Чувствую себя измотанной, как дракон пожевал и сплюнул.
– Не нравится?
– Не знаю. Не то чтобы не нравится, просто страшно.
– Здесь тебя никто не осудит.
– Знаю, но я столько лет работала над репутацией успешной крутой девчонки, строила вокруг себя Форт Боярд со рвом и крокодилами, а теперь вот так вот легко и просто распахнула настежь ворота своей души.
– Эко ты загнула, – прыснул мужчина. – Как-как? Распахнула ворота души?
– Не смейся! – девушка обиженно надула губы.
– Да ладно, – ткнул он участливо в плечо. – Не обижайся. Нелегко сбрасывать с себя маску, трясти будет еще как. Живешь себе, живешь во лжи, она как вторая кожа покрывает тебя изнутри и снаружи, а потом сорви-ка, попробуй. Ну ничего, с каждым разом все легче и легче будет становиться, ты, главное, не бросай.
– Я постараюсь.
– Давай, до понедельника, – махнул он рукой и зашагал к выходу.
На темной парковке она подошла к черному хэтчбеку, воровато оглянулась по сторонам, распахнула заднюю дверцу и достала спортивную сумку. Скинула в нее кепку, черное худи и очки, затем надела через голову маленькое черное платье, стянула спортивные штаны. Небрежно закинула сумку на сидения. Осталось сменить кроссовки на шпильки, чуть взлохматить волосы и подкраситься, но это уже в салоне. Отойдя на пару метров, она кружится и проверяет, как сидит на ней платье. В отражении окн своего авто девушка видит фигуру шикарной девушки, совсем не похожей на ту, что пятью минутами ранее, вышла из аудитории группы Анонимных алкоголиков.
Громко хлопнув дверцей, она садится за руль, но не спешит вставлять ключ в замок зажигания, сначала в бардачок, там в ворохе хлама, лежит косметичка. Алая помада, черная подводка, хайлайтер, чтобы отражать хейтеров – все, как учила бьюти-блогер Марина Лакшес из Ютьюба. И обязательно любимый парфюм Lacoste pour Femme за ушко и еще немного на декольте, макушку, запястья… а что? Хорошего парфюма много не бывает! Ну все, теперь готова. Девушка бросает контрольный взгляд в зеркало заднего вида и улыбается своему отражению:
– Ну что, детка, готова повеселиться?
Это происходит где-то в половине пятого утра. Резко, словно по команде, открываю глаза: сердце бешено колотится и нестерпимо хочется пить. Я как-то узнала от подруги, что здоровое сердце мы никогда не слышим. Не обращая внимания на клокочущий шар в горле, дикую головную боль и легкое пошатывание, добираюсь до заветного кувшина. Пью много и жадно. В такие минуты напоминаю себе лошадь. В деревне я видела, как пьют лошади: они ненасытно опустошают одно за другим несколько ведер подряд, как насос, просто втягивают в себя воду не прерываясь. Осушив несколько стаканов, я усаживаюсь на пол и начинаю вспоминать вчерашний день.
Главное сейчас – оценить масштаб трагедии и поспешно замести следы. Нашариваю телефон. Хоть бы не писала, хоть бы, хоть бы. Ну, конечно же, я писала бывшему, а как же иначе? Телефон алкоголика – это вещественное доказательство, потому что память иногда наглухо все запирает, не помню – значит, не было. А здесь вот, пожалуйста, все задокументировано: и время, и место, и адресант.
Открываю мессенджер:
[23:49, 29. 6. 2022] Вероника: Спишь?
[01:05, 30. 6. 2022] Вероника: Знаю, что не спишь! Урод! Что, боишься?
[01:20, 30. 6. 2022] Вероника: Ты трус и тряпка! Боишься, что женушка спалит. Конечно, мы же порядочные. А знаешь что? Ты никого не любишь! Ни меня, ни ее, ни себя!!! Ты вообще не способен на любовь! Вот так!
[01:32, 30. 6. 2022] Вероника: Добавил человека в черный список и доволен!!!??? Да пошел ты! Ты и твоя семья, и твои дети!!! Ха-ха!!!
