Практически ничего не было видно. Я уже испугалась, что мы несколько промахнулись с адресом, как почувствовала, что моя энергетическая структура покрыта влагой. Ничего себе! Значит, мы находимся в верхних, водосодержащих слоях атмосферы! Вот почему мы так странно зависли и не падаем, не предпринимая для этого никаких усилий, водная атмосфера нас держит. Сквозь молочную пелену я увидела Сережин силуэт. Разумеется, он понимал еще меньше, чем я. Ну что ж, надо выныривать вниз. Только как же быть с Сережей? Я-то летать умею, «владею навыками энергетического баланса», как выражается Салатовенький, а ему, то есть Сереже, придется учиться прямо на ходу. То есть на лету. Объяснить же как-то надо, что нужно делать. Я слишком хорошо помнила свой первый опыт полетов, когда я более всего напоминала подброшенную вверх курицу. Я максимально сосредоточилась и мысленно произнесла:
— Сережа! Мне нужно кое-что тебе сказать! Постарайся сосредоточиться!
— Я слушаю тебя внимательно, Ежик! — прозвучало в моем мозгу. Ура, получилось! Не просто передача эмоций и расплывчатых образов, а четкие словесные формулировки!
— Так ты меня слышишь! Это же просто здорово!
— Конечно, здорово! Послушай, тебе не кажется, что мы разговариваем мысленно, а не словами? — спросил Сережа.
— Не кажется. Мы именно так и разговариваем, — улыбнулась я. Здесь иначе и невозможно разговаривать, поскольку легкие не функционируют. Разве что выстукивать зубами сигналы согласно азбуке Морзе. Ты, кстати, заметил, что не дышишь?
— Точно… Не дышу…
— Не волнуйся, здесь от этого еще никто не умер. Ладно, ближе к делу. Похоже, мы находимся в верхних слоях здешней атмосферы, то есть в воде. Помнишь, я тебе говорила, что здесь все шиворот-навыворот?
— Ну да… — Сережа все никак не мог прийти в себя. Что ж тут удивительного, со мной в прошлый раз дело обстояло значительно хуже.
— Ну так вот. Для того, чтобы попасть «в гости» как положено, нам надо спуститься вниз. То есть слететь.
— Так я же не умею!
— Как ты можешь такое говорить, когда еще ни разу не пробовал! Постарайся сейчас максимально настроиться на восприятие. Постарайся не только понять, сколько почувствовать, как это делается.
И я стала передавать ему свои ощущения полета. Наши энергетические структуры, насыщенные энергией заряженной воды, стали довольно плотными. Я это почувствовала, когда взяла Сережу за руку. И тут произошло настоящее чудо! Наши структуры как бы стали одним целым, и все мои навыки также стали и его достоянием. Мы могли лететь вместе куда угодно и сколь угодно долго! Я тут же вспомнила последний «урок» в ячеистом анализаторе памяти, а проще говоря, в сырном тумане. Тогда, во время первого официального свидания, когда мы держались за руки, у нас буквально выросли крылья, и мы не взлетели только потому, что не знали, что это возможно. Но сейчас — другое дело!
— Вперед, милый!
Раскинув руки широко в стороны и сжимая ладошки друг друга, мы устремились вниз. Вода быстро превращалась в туман, который в свою очередь заметно редел. И вот, наконец, мы увидели полностью завораживающую панораму желтой и розовой страны.
— Я себе даже представить не мог ничего подобного! Как красиво! — отозвался Сережа.
Я молчала, ибо не в силах была оторвать свой взгляд от этого зрелища — величественных «хранителей жизни», возвышавшихся над необозримыми песками. Я вернулась! Я снова здесь! И я привела его, моего любимого мужчину, в этот мир, который я любила не меньше своего родного! Если бы с физиологией было все нормально, то я, честное слово, заплакала бы от счастья.
Мы летели уже довольно долго, но панорама коренным образом не менялась, то есть города не было видно. Я даже подустала маленько, что же говорить тогда о Сереже, которому подобные упражнения и вовсе не были привычны. Пожалуй, стоило немного отдохнуть и попытаться связаться с Салатовеньким. Мы как раз подлетали к одному из хранителей жизни.
— Сережа! Снижаемся! Отдохнем немного, водички попьем.
— Да я вовсе не устал, и пить совсем не хочется, — хорохорился он.
— Это тебе только кажется! К тому же если нам повезет, то мы увидим такое…
Мы плавно спикировали к подножию хранителя жизни и сразу окунулись в озерцо. Не знаю, был ли это тот же самый хранитель, которого я видела в тот раз или другой, но вода была такой же вкусной, бодрящей. Выбравшись на мокрый песок, мы впервые за время путешествия смогли толком рассмотреть друг друга. Я-то ладно, я была готова к такому зрелищу. Но все же увидеть Сережу с прозрачной кожицей, переливающимися внутренностями и бордовыми волосами было довольно забавно. Особенно впечатляли ярко-малиновые усы. Но с ним дело обстояло значительно хуже. На его растерянной физиономии читалось безмерное удивление, граничащее с отвращением. Он был просто в шоке от моей внешности.
— Ну, что, ты и теперь будешь утверждать, что я очень красивая и во мне есть французский шарм? — спросила я с ехидцей.
— Как то это.. непривычно… — промямлил он в ответ.
— Иди, посмотри на свое отражение в воде, может, привыкнешь! — я откровенно забавлялась.
