Они пожали друг другу руки. Ее рукопожатие было таким же быстрым, как и у матери, только посильнее. И взгляд, который она бросила на Вивальдо, был другим, она смотрела на него как на овеянного славой незнакомца, возвышенного в этом мире не только из-за своих личных заслуг, но и по причине близости к брату.
– Ну так куда же мы отправимся, юная леди? – спросил, слегка поддразнивая сестру, Руфус.
Он глядел на нее, улыбаясь. В атмосфере теперь ощущалась некоторая напряженность, она вошла в комнату вместе с девушкой, которая скоро обратится в женщину. Ида стояла как мишень и приз, чья-то будущая добыча. Кто-то скоро возьмет ее след.
– Не знаю, – сказала она. – Куда хочешь.
– Ты такая нарядная, не будешь нас стыдиться?
Он и сам был одет с иголочки – в свой лучший темный костюм, отменную рубашку и позаимствованный у Вивальдо галстук. Ида и мать рассмеялись.
– Ладно, парень, перестань мучить сестру, – сказала миссис Скотт.
– Ну, надевай пальто, – скомандовал Руфус. – Пора идти.
– Далеко?
– Достаточно далеко, так что надевай пальто.
– Ей неважно, далеко или близко. Она хочет выяснить, куда вы идете и когда вернетесь.
Ида направилась к двери, через которую вошла, и остановилась в нерешительности.
– Ну иди же, – торопила ее мать, – возьми пальто и мое тоже захвати. Я дойду с вами до конца квартала.
Ида вышла, а миссис Скотт, улыбнувшись, произнесла:
– Она была бы очень недовольна, если б и я поехала с вами. Ей хочется, чтобы сегодня ты принадлежал ей одной. – Она взяла пустые стаканы и понесла их к раковине.
– Когда они были поменьше, – сказала она Вивальдо, – Руфус в глазах Иды всегда бывал прав. – Она подставила стаканы под струю воды. – Ида боялась темноты, но, помилуйте, сколько раз она посреди ночи вылезала из-под одеяла – и бегом по темной квартире прямо в постель к Руфусу! Как будто ей с ним спокойнее. Не знаю почему. Ну а Руфус особенного внимания на нее не обращал.
– Неправда, – возразил Руфус. – Я всегда любил свою маленькую сестренку.
Мать поставила стаканы сушиться и вытерла руки. Посмотревшись в ручное зеркальце, пригладила волосы и осторожно надела шляпу.
– Ты ее ужасно дразнил, – сказала она.
В пальто, отороченном мехом, вошла Ида, держа в руках пальто матери.
– Как она шикарна! – воскликнул Руфус.
– Просто красотка, – подтвердил Вивальдо.
– Будете надо мной издеваться, – сказала Ида, – я никуда с вами не поеду.
Миссис Скотт надела пальто, окинув критическим взглядом простоволосую дочь.
– Если эта девчонка не перестанет быть такой шикарной, то схватит грипп. – Она подняла дочери воротник повыше и застегнула все пуговицы. – Никого в этой семье не заставишь надеть шапку, – ворчала она, – неудивительно, что все ходят простуженные. – Ида нетерпеливо дернулась. – Боится, что шляпка примнет ей волосы. А что ветер растреплет прическу – не боится.
Все рассмеялись. Ида – несколько принужденно: ее смутило, что шутку слышал Вивальдо.
Они шли пешком по заснеженному кварталу. На улицах было мало народу, только дети гоняли шайбу. Стоявшие у соседнего подъезда парни поздоровались с ними и с любопытством осмотрели Вивальдо, как если бы он был членом враждебной банды, – впрочем, он и был им не так давно в прошлом. Пожилая женщина медленно поднималась по побуревшим ступеням довольно жалкого строения. Черная вывеска гласила: «Апостольская церковь Маунт-Олив».
– Не знаю, куда подевался ваш отец, – сказала миссис Скотт.
– Тут он, за углом, в баре Джимми, – отозвалась Ида. – Сомневаюсь, что явится домой до моего прихода.
– Ты-то, похоже, не собираешься возвращаться раньше четырех утра, – проговорила миссис Скотт, улыбаясь.
– А он и тогда еще не придет, – сказала Ида, – и ты это знаешь не хуже меня.
Навстречу им быстрым шагом шла узкобедрая девица с грубоватыми чертами лица. Короткие волосы, грязные и сеченые, были растрепаны. Мужская замшевая куртка с чужого плеча болталась на ней как на вешалке, она стянула ее у ворота рукой. Вивальдо обратил внимание, как напряженно следит Ида за приближающейся девушкой.
– А вот идет Уилла Мей, – сказала миссис Скотт. – Бедняжка.
Девушка остановилась, улыбаясь. Улыбка изменила ее лицо – сразу стало видно, что она еще очень молода.
– Как поживаете? – приветствовала их девушка. – А тебя, Руфус, я вечность не видела.
– Все отлично, – ответил Руфус. – А как ты? – Он высоко держал голову, взгляд его был непроницаем. Ида жалась ближе к матери, уставившись в тротуар.
– Не могу пожаловаться, – засмеялась девушка. – Все в порядке.
– Живешь все там же?
– Конечно. С чего бы мне переезжать?
Воцарилось неловкое молчание. Девушка глянула на Вивальдо и тут же отвела глаза в сторону.
– Мне нужно идти, – сказала она. – Приятно было повидаться. – Улыбка сошла с ее лица.
– Мне тоже, – бросил Руфус.
Когда девушка скрылась из виду, Ида упрекнула брата:
– А ведь ты с ней раньше встречался.
Руфус не обратил внимания на ее слова. Только сказал Вивальдо:
– Славная была девушка. Попала в руки какого-то негодяя, а тот потом смылся. – Он сплюнул на тротуар. – Господи, ну и видок у нее.
