- Я не хотел, чтобы ты умирала, - и, вздохнув, тихо добавил, - ты очень красивая и необычная. Мне не хотелось тебя потерять.
Он поднял глаза – они светились от восхищения.
- Да уж, - только и смогла выговорить Доз.
Она отвернулась и быстрым шагом пошла вдоль берега. Стив не отставал.
- Если твоя кровь такая лечебная, то почему бы тебе частную клинику не открыть? - спросила она, подзадоривая, - А что, клёво! Чувствовал бы себя Богом, да баксы срубал не хилые. Поверь, на одежду бы тебе хватило!
- Но моя кровь не лечит, а наоборот...
Холодный ветерок пробежал по спине Доз.
- Что «наоборот»?
- Она... Я...
- Да прекрати заикаться! Говори нормально! - не сдержавшись, в очередной раз взбрыкнула Доз.
Стив вздрогнул, но произнес без запинки:
- Я инициировал тебя. Ты теперь тоже вампир.
Нервный смешок заполнил образовавшуюся паузу. Вообразить себя вампиром она и в самых бурных фантазиях не пыталась.
Доз с трепетом относилась к "чистоте" своей души и тела. Когда приходилось выбирать между жизнью и смертью, она всегда спасала себя, на расстоянии чувствуя опасность. Она даже не травила себя наркотой, хотя вокруг было полно этой отравы. За свою короткую жизнь она поняла, что сильный духом побеждает, а всякая иная сила вторична и недолговечна.
Девушка растерянно помотала головой, всё это прозвучало слишком нереально. Хотя чего еще можно ожидать от этого типа? Скорее она могла поверить в то, что он накачал ее наркотой, что-нибудь из амфетаминов, возможно, покрепче что-нибудь... На губах у девушки появилась непроизвольная, хотя и мрачная улыбка: конечно, кайфа она могла бы словить и побольше. То, что ей пришлось пережить никак не вязалось с теми рассказами, которые ей приходилось слышать каждый день…
Неторопливо бредя вдоль берега, она оглянулась и всмотрелась в едва различимую полоску на горизонте. Угасающие солнечные лучи показались на миг светом из-за закрытой двери, проникающим сквозь щель.
- Предположим, что так, - безразличным голосом, решив не спорить со слабоумным, произнесла Доз, - но если я теперь вампир, то что во мне изменилось?
- Ты изменилась изнутри. Внешне ты человек, но уже не можешь называть себя живой.
- Так я жива или нет? Если я умерла, то почему двигаюсь, дышу, чувствую, наконец?
- Твое тело почти мертво, душа переступила грань смерти. Одним словом, в тебе почти не осталось жизни. И лишь забирая жизненную энергию у других живых созданий, ты сможешь восполнить свою.
Ответ прозвучал достаточно зловеще. Она сдержала ухмылку и с искренним интересом посмотрела на спутника.
- Погоди, так я еще могу умереть?!
- Да, но тогда ты умрешь окончательно, и твоя сущность растворится в Мировом пространстве. Если тебя не убьют, и ты будешь хоть изредка пить кровь, то сможешь существовать вечно.
- А что еще? - теория вечной жизни прозвучала не убедительно. – Говоришь как по писаному.
- Мы не болеем и не меняемся.
Это прозвучало почти как панацея века! А «кровью» питаются сейчас все, чуть ли не детишки в детском саду (и зачем только их туда родители спихивают?)... Со временем душа скудеет и затуманивается разум, чёрное болото постепенно затягивает. Когда, наконец, осознаешь это, спасаться уже поздно, и ты становишься еще одним клиентом заведения, где она обитала до недавнего времени.
- Сейчас ты не чувствуешь больших перемен в себе, но со временем это изменится. С годами твои чувства притупятся, а память останется ясной.
- А что на счет солнца? - Доз вспомнила ожоги на руках у Стива. Он с улыбкой показал кисти: удивительно, но те уже почти прошли.
- Солнце - это смерть, оно сжигает дотла. Но вечером уже можно выходить из укрытия.
- Круто! Пляж и южный загар значит отменяются, - тоскливо вздохнув, заключила Доз.
Почему-то теперь она вдруг вспомнила, как давно нежилась под ласковым солнышком, последнюю свою полуденную прогулку она сейчас и припомнить не могла. Необходимо как можно скорее исправить этот пробел в распорядке дня, да и вообще пора бросать старое и податься куда-нибудь на юг, тем более четыреста километров она преодолеет на попутках максимум за два дня, а там - море… Вдали от старых знакомых ей будет проще обосноваться.
Парень молча шагал вдоль реки и смотрел на нее тоскливыми и грустными глазами. По его худобе Доз могла лишь догадываться, сколько времени он не ел, изодранная и грязная одежда подчеркивала его немощность и нищее существование.
- А какую «кровь» ты предпочитаешь? - вопрос о еде уже начал ее волновать.
Последний раз она ела, кажется, прошлым вечером, а в обед выпила чашку крепкого кофе.
- Мы пьем не кровь, а жизнь. Кровь лишь связывает нас с нею.
Доз помотала головой; похоже, у попутчика с головой даже хуже, чем она предполагала. Такого ей давно не приходилось видеть. Случались, конечно, у ребят приступы изменения осознания, но такой убеждённости, веры в свои глюки и неуёмной фантазии ни у кого из них не было.
- А если не пить… гм, жизнь? – продолжала развлекаться Доз.
