Внутри располагались уже знакомые лица: сзади восседал давешний покупатель, а за рулём расположился Николай, который, похоже, и являлся Полихиным Николаем Георгиевичем. Отчество "Петрович", по которому водитель ранее обращался к пассажиру, Саша соотнёс с данными, полученными от таинственного Миши, и понял, что перед ним ни кто иной, как депутат областной думы Калабанов Виктор Петрович собственной персоной.
"Надо же", подумал Щербаков, "я ломаю голову, как на него выйти, а он самолично пожаловал. Хорошо я хоть сумку в багажник кинул с глаз подальше".
- Ну, здравствуй, - сказал Калабанов.
- Здравствуйте, господин Калабанов, - машинально сказал Саша и тут же прикусил язык: вряд ли стоило выдавать свои знания о личности покупателя.
- Говорил я тебе, Петрович, не надо было самому ездить. Послал бы меня, ещё и денег сэкономил бы.
- Ага, - пассажир джипа зыркнул глазами на водителя, - ты бы ему башку проломил, а мне потом расхлёбывать! А откуда ты знаешь, кто я такой? - спросил он, придвигаясь чуть ли не вплотную к лицу Саши.
Пахнуло хорошим одеколоном. Саша пожал плечами и, нахально глядя прямо в глаза Калабанову, соврал:
- Во-первых, вы же достаточно известная личность: я как-то видел вас по местному каналу, и мне лицо сразу показалось знакомым. А, во-вторых, сейчас не так сложно уточнить всё через интернет: поднял сайт областного правительства и думы, посмотрел списки, на сайте "Тринадцатого канала" наткнулся на скандал вокруг завода "Вагонмаш", ну, помните, ведь? Вот и всё. Кроме того, ваш приятель, - Саша кивнул на Николая, - называл вас Петровичем. Тоже некоторое подтверждение.
Калабанов раздражённо посмотрел на водителя, но промолчал.
Не давая ничего сказать своему собеседнику, Щербаков тут же с самым невинным видом поинтересовался:
- Чем обязан вашему повторному визиту? Что-нибудь не так с товаром?
- Да нет, - неожиданно спокойно сказал Калабанов, - с товаром всё нормально, попробовал бы ты обмануть. У меня уже там люди всем занимаются. А ты, вот, скажи-ка мне, что ты знаешь о так называемом, э-э... преобразователе?
Щербаков хмыкнул:
- Я ведь уже говорил, что сам был бы рад эту штуку увидеть: как раз без неё сама игрушка и не ходит.
- Значит, ты уверен, что это - игрушка?
- Ну а что же это ещё? - совершенно искренне вопросом на вопрос ответил Саша.
Калабанов покивал и поинтересовался:
- А его ты когда-нибудь видел?
- Кого его? - удивился Саша. - Преобразователь, что ли?
Калабанов снова утвердительно покивал, рассматривая Щербакова ничего не выражающими в данный момент глазами.
- Ага, видел, - кивнул Щербаков, невинно поглядывая то на Калабанова, то на Николая, который сидел на месте водителя вполоборота.
Депутат и Николай переглянулись.
- Я тебе говорил, Петрович... - начал, было, водитель.
- Да помолчи ты! - Калабанов дёрнул плечом. - И где ж ты его видел, Саша? - почти ласково поинтересовался он.
- Как где? - Щербаков изобразил удивление, давая понять, что догадывается, откуда информация о нём самом попала к Калабанову. - Там же, где и диски увидел. Почти год тому назад, когда работал в ментовке экспертом, я был на вызове: там одного мужика то ли убили, то ли он сам покончил с собой. Щербаков намеренно сделал ударение на слове "то ли". - Ну вот, там я шлем и видел. Точнее - то, что от него осталось, одни куски, но мы поняли, что эта штука надевается на голову. И там же немного посмотрел на эту игрушку: компьютер у потерпевшего, как ни странно, работал.
- Ага, - несколько разочарованно протянул Калабанов. - А диски как к тебе попали?
Саша задумчиво посмотрел сквозь сильно затонированное стекло наружу: мимо как раз медленно проезжала знакомая ему "десятка". Увидев Сашину машину, припаркованную в необычном месте, Света явно высматривала её владельца, но, конечно, не могла заметить ничего внутри джипа.
"Десятка" свернула на стоянку консульства. Саша вздохнул и, понимая, что всё равно придётся выдвигать какую-то правдоподобную версию, сказал:
- Что скрывать: украсть мне пришлось эти диски...
- Вот как?! - изумлённо-радостно оживился Калабанов, хотя глаза его оставались змеино-холодными. - А ты знаешь, что красть грешно?
- Знаю, но много чего грешно делать на этом свете, однако, сплошь и рядом делают, - довольно нагло парировал Щербаков, сознавая, что продать его, кроме как Мишареву, было некому.
Калабанов неожиданно благодушно хлопнул Александра по плечу.
- Да ты не пузырись, пацан, - с усмешкой сказал он, - не лезь в бутылку. Это было проверка. Что, испугался за приятеля своего?
- Какого ещё приятеля? - удивился Саша.
- Да, блин, следователя этого. Я же тебя просто на понт решил взять, осклабился Калабанов. - Этот, как его... я уже забыл... Ну, к кому мы ездили в райотдел? - Он щёлкнул пальцами, призывая в помощники водителя.
Николай взял лежавший на переднем сидении ежедневник и перелистнул несколько страниц.
- Следователь Мишарев, - подсказал он.
