- Машина сыграла какую-то фатальную роль? - догадался я.
- Именно! И я сделал глупость, когда разрешил Наде сдать на права. Но как я мог отказать, когда она хотела? И потом: вместе покупали, вместе и водить будем!
Я сидел и медленно кивал - кажется, уже всё было понятно.
- Я вот, знаете, трусоват, видимо, по натуре - я и на права-то сдал только со второго раза, - продолжал Семёнович. - А Надя сдала сразу же, с первой попытки. Я и ездить-то боялся - навыков никаких, в городе в потоке движения мне страшно. А ей - хоть бы что, как будто всю жизнь за рулём сидела! Я глаза от страха закрываю: вот-вот врежемся, а она смеётся, вжик - и проскочила. Я был уверен в ней, даже лишний раз сам не садился, просил её.
- Да, кажется, понимаю, - сказал я вслух и тоже взял сигарету.
- Они ехали с Анечкой от Надиной мамы, она жила на одном конце Омска, мы на другом. Можно было через весь город, потихоньку, но Наде надо было побыстрее, поехала по обводной дороге. Где-то столкнулась с джипом. Наша машинка от удара аж вылетела за ограждение, а там такие столбики были с железными полосами... Экспертиза показала, что мои погибли уже от удара об это заграждение: машину чуть не пополам разодрало.
- Но это значит, что и у неё скорость была приличная, - совершенно непроизвольно сказал я.
- Да, - согласился Семёныч, - и у неё, наверное, тоже. Но те мужики в джипе, которые не пострадали, заявились ко мне и поставили "на счётчик". Мало того, что я семью потерял, так на меня повесили ещё и десять тысяч долларов ущерба! Ну, я и запил. Я, получилось, остался один, а тут ещё эти бритоголовые ублюдки...
Семёныч как бы извиняясь, провёл рукой по своей бритой голове.
- Ну, и? - спросил я.
- А что - "ну, и"? Приезжают ко мне эти сволочи, говорят: если нет денег сразу, давай квартиру меняй на меньшую, мы тебе вариант найдём. А мне всё бы по фене, мне бы только, чтобы от меня отстали. Я согласился, а дальше как в кино каком-то было: я переехал, а квартира оказалась проданная-перепроданная раз пять. Суды, и всё прочее. Я начал сильно права качать - эти ко мне: жить-то, вообще, хочешь, козёл? А куда мне было податься? Я к тому моменту уже из института вылетел за пьянку.
- Пал Семёныч, - сказал я, переходя на "ты", - я не понимаю, почему ты не боролся?
- Как, как, молодой человек, с ними бороться? Уж если ты попал в такой переплёт, и у тебя нет соответствующей "крыши" - тебе хана!
- Может, ты и прав, Бог миловал, что не попадал, - вздохнул я и вдруг усмехнулся: - Хотя, как посмотреть. Я ведь тоже попадал, но была возможность радикально всё решить. Даже слишком радикально...
Я-то имел в виду, что моё радикальное решение состояло в уходе из мира сего, но Семёныч не мог, естественно, этого знать. Он немного округлил глаза и спросил с какой-то злобной радостью:
- Пришил, что ли, гадов?
- Пришил? Ах, да... Вроде, как, наоборот. Радикально, в общем, всё сделал.
- А..., - сказал Семёныч, так ничего и не поняв, - ну, если так, то... Что ж... молодец, если смог.
Мы как-то незаметно и ненавязчиво обоюдно перешли на "ты".
- Был бы ты в такой же ситуации, и ты бы смог, - заверил я его. - Скажи-ка лучше, и что делал потом? Если честно, ты не выглядишь на человека, который четыре года болтался по помойкам.
Семёныч усмехнулся:
- А я и не болтался. Я вот тут на вокзале только с полгода обитаю.
- А что делал до того?
- Я как из Омска драпанул, попал в Тюмень. Ну, вещички у меня были ещё приличные, внешне смотрелся, можно сказать. В Тюмени случайно встретил одного человека - на вокзале помогал вещи до машины донести. Слово за слово, он меня спрашивает, мол, кто да что - ну, видимо, странновато я ещё для бомжа выглядел. Разговорились. Он мне и предложил посмотреть за его коттеджем, в качестве управляющего имением, так сказать. Я у него больше трёх лет и прожил. Хороший человек был, хоть и из так называемых новых русских. Денег - куры не клюют, но не сволочь, людское отношение было. По крайней мере, ко мне. Он в коттедже-то своём, если уж так говорить, всего несколько раз в год бывал. А там - обстановка, аппаратура, даже спутниковая антенна.
- А кто он такой был?
- Знаешь, я и не спрашивал - мне это зачем? Сам он не рассказывал, а я просто жил - и всё. Мне, можно сказать, в тот момент повезло, как в сказке, а то я бы руки на себя наложил. Психологического пресса бомжевания не вынес бы...
- И чем всё закончилось?
- Любая сказка только в книжках имеет счастливый конец, - вздохнул Семёныч. - В один прекрасный день приезжают люди, суют мне корки следователей, начинают имущество описывать. И меня, вроде как, задержать собираются. То ли как свидетеля, то ли как, чёрт знает, кого. А я этого вообще перенести бы не смог - ещё и в камеру попасть.
- Ну, и?...
