- Ну, не совсем, но намёк был прозрачным, и времени у Михаила не было. Кроме того, за взлом последней базы данных Михаила могли просто посадить, и Калабанов на это тоже намекнул.
- И ты так светски беседовала с такой сволочью на похоронах?!
- А что мне было делать? Мне, прежде чем отправиться к Мишке, нужно было сделать так, чтобы оставить Калабанова с носом.
- Ну,... э-э-э... - протянул я, видя, что ошибался во всех своих первоначальных домыслах: Машка не рехнулась и не была любовницев разных "крутых", она, похоже, действительно любила Мишку настолько, что была даже готова...
- Слушай, но неужели нет выхода? - сказал я. - В конце концов, если так, то ты же должна как-то бороться. Можно же и этим людям тоже нагадить. Надо спрятать сына и...
- Господи! - Маша всплеснула руками, но горя или отчаяния на её лице я не видел, вот что было поразительно! - Сергей, ты не понимаешь: с этими людьми бесполезно бороться, и уж, во всяком случае, не мне! Мише, в конце концов, тоже надоела зависимость от них.
- Но Маша! - Я никак не мог воспринимать её рассказ, во всяком случае, главную его часть, как реальность. - Возьми себя в руки, ты собираешься совершить самоубийство, да ещё вместе с ребёнком!!
Я смотрел на Машу почти круглыми глазами, но никак не мог увидеть следов явного помешательства на её лице.
- Серёжа! Это не будет самоубийством, не вполне самоубийство. Я понимаю, поверить трудно, но Миша, да и я тоже всегда относились к тебе очень хорошо. Может быть, поэтому ты - единственный, кому я рассказываю всё это. Кроме того, я же сказала, что не хочу, чтобы Мишино изобретение попало в руки этих людей. Они давно допытывались, что же это такое. Миша имел неосторожность показать действие системы на ранних этапах свой работы, а вчера Калабанов уже прямо сказал мне, что если я не найду все данные - я ему сказала, что не знаю, где что у Михаила - он займётся моим ребёнком. И тут же, сволочь, представляешь, звал к себе в сожительницы, обещал, что у меня будет столько денег, сколько мне нужно и всё такое прочее, урод. Поэтому я уверена, что он со своими подручными постарается добыть всё, что сделал Миша, и, возможно, очень скоро. Он только одного не учёл: у Мишки был выход, он им воспользовался, и у меня он тоже есть.
- Ты называешь это выходом? - с сомнением спросил я.
- Знаешь, как громко это не прозвучит, Миша создал альтернативу нашему миру. Громко, конечно, сказано, но...
- Маша, - Я перебил её, но старался говорить как можно мягче и спокойнее. - Разве может быть альтернативой...
- Самоубийство, имеешь ты в виду? - произнесла она за меня слово, которое я не решался сказать вслух. - Пойми, дело не в этом, это не так, говорю, не совсем так. Он в другом мире, который уже существует независимо от нас.
- Ну, ладно, ладно! - Я погладил её по руке. - Пусть так, но тогда объясни мне, пожалуйста, что это такое? Насколько я понимаю, этот мир как-то связан с работой Миши? При чём тут какой-то иной мир? Мир в одном компьютере? Включил компьютер - есть мир, выключил - нет?
- Серёжа, не спрашивай - многие вещи я и сама не понимаю, но система Миши уже живёт во всемирной сети, она как бы растворена между миллионами машин, и, например, Мишин компьютер - это только вход туда, в этот мир. Этот мир не зависит от того, включишь ты или выключишь какой-то один компьютер.
- Почему ты не отдашь программу или систему - как её правильно называть? ну, я не знаю, кому: властям, органам, или ещё кому-то, если ты не хочешь, чтобы она попала к этому, как там его, Калабанову?
Маша вздохнула, как будто имела дело с не очень далёким собеседником.
- Сергей, как ты не поймёшь... Я просто не хочу, чтобы этот мир попал в лапы шушеры. И Миша, кстати, категорически этого не хотел. Вначале он, подозреваю, хотел прославиться, склепав некую супер-игрушку с эффектом присутствия, и, надо сказать, эффект присутствия у него получился, да ещё какой! Но, знаешь, потом созданная им вселенная стала для него чем-то намного большим, чем игрушка. И он не собирался, чтобы в его творении - не боюсь так сказать - копались грязными лапами и сделали из неё увеселительное шоу для придурков. Его мир там, - Она кивнула в сторону Мишкиного кабинета, возможно, не лучший, но он ничем не хуже нашего.
Она замолчала. Я несколько секунд тоже молча смотрел на Машу, соображая, считать это всё-таки бредом, или нет? Маша абсолютно не была похожа на психопатку или рехнувшуюся, хотя я, в конце концов, не психиатр...
- Ты думаешь, такое изобретение никогда не повторят? - спросил я; мне было неудобно сказать, что вряд ли Миша являлся гением, изобретение которого не могут воспроизвести иные изобретатели.
- Не знаю, Миша сам удивлялся, что этого ещё нет. Конечно, нечто подобное, наверное, обязательно сделают, если уже где-то не сделали, но это будет совершенно иной мир, а второго точно такого же не будет, как не может быть одинаковых людей, например: Миша делал всё индивидуально. Он даже кое-каких своих знакомых туда ввёл.
- Как это - знакомых? - совершенно искренне удивился я. - Игровыми персонажами, что ли?
