— Ты вкусно пахнешь, — он часто дышал, как дикий зверь, вынюхивая что-то интересное, щекоча дыханием грудь и шею.
— Только есть меня не надо, — засмеялась Падме, выворачиваясь от щекотки, когда супруг сделал попытку укусить её за ухо.
— А почему бы не съесть?
У неё он научился прятать свои переживания под игривым настроением, позволяя себе дурачиться и громко смеяться, скрывая терзания, ценя минуты настоящего счастья.
От этого действительно становилось легче, отметил Скайуокер, позволяя супруге забраться повыше, обхватить его руками и ногами.
— На следующей неделе мы возвращаемся на Корусант, — сообщил Энакин, когда они, немного успокоившись, сидели в обнимку.
— Зачем? — мгновенно насторожилась Падме.
— На годовщину Империи. Первого числа будет организован огромный праздник и бал в честь Империи.
— Ты опять спрячешься за троном Императора и оставишь меня одну? — Падме мастерски спрятала напряжение за ревнивым тоном.
— Нет, Ангел, на этот раз за нами первый танец, — наигранно недовольно сообщил он.
— Я так мечтала об этом на первом балу Империи… — и сильней прижала его к себе, чтобы помолчать, обдумывая перспективы поездки.
Они оба понимали, что там, на планете-городе, они опять окажутся в центре паутины интриг Сидиуса, политических разборок и многоплановой игры влиятельных людей, и у них просто не будет времени вот так, спокойно, сосредотачиваться на одной цели и разбираться в ней, ища компромиссы и наилучшие варианты решения.
— И с тебя должок, — лукаво улыбнулась она, — за прошлый бал.
— Солнышко моё, тебе придётся посидеть в коляске, — Падме старалась усадить непоседливого сына, — посидишь минут тридцать, ничего страшного.
Мальчик возмущался и пытался хныкать, напрочь отказываясь слезать с маминых рук. В соседней комнате отец старательно качал дочь, по всей видимости, решив, что проще перегрузить вестибулярный аппарат ребёнка, чем воевать с семейным упрямством. Но дети героически держались и упирались всеми конечностями, лишь бы не отрываться от мамы с папой. Спускаться на Корусант родителям хотелось ровно столько же, сколько и детям, но долг есть долг, поэтому утомлённый отец, особо не церемонясь, перенёс Силой детей в коляску и активировал защитный купол. Сначала детей порадовал «полёт», но оказавшись изолированными от родителей, они кинулись в крик. Падме сразу потянулась к ним, но Энакин жёстко отстранил её, и вывел из комнаты.
— Подготовь всё, — и вернулся к детям.
Леди и Лорд Вейдер решили, что самым разумным будет прилететь в столицу первого, и вечером, сразу к балу. Независимо от времени прибытия их появление в столице вызовет бурный ажиотаж у прессы, а попадание в их поле зрения двойняшек было категорически запрещено.
— Сандра, Тайфо полетит с вами, — инструктировала беспокойная мамочка, — Дорме уже всё подготовила, так что, как доберётесь сообщи. И я жду от вас сообщений об их состояний каждый час. Я не знаю, с чем связанно их поведение, и надеюсь, что они просто копируют моё состояние.
— Не беспокойтесь, Миледи, — Сандра сдержанно улыбалась, — мы позаботимся о малышах. И никто без вашего ведома к ним не подойдёт.
Падме даже не хотела знать, как Энакин усыпил детей в течение пяти минут, но детей везли на борт шаттла уже спящими.
— Мне беспокойно, — тихо произнесла она.
— Мне тоже.
Среди дорогих флаеров с различными знаками отличия, ютившихся на посадочной платформе впритык друг к другу, резко выделялся свободный квадрат, на котором могло поместиться и шесть флаеров. Артива Джерофа абсолютно не волновали крики и возмущение высокопоставленных граждан, пытающихся припарковаться на свободное место на первой площадке. А взвод штурмовиков доступно объяснял всем несогласным, что, независимо от их положения и ранга, их мнение никого не интересует. Среди нескончаемого потока машин военный лямбда-шаттл был виден издалека. Взвод 501-го выстроился в колонну, а адъютанты, поправив мундиры, приготовились встречать начальство.
Чётким шагом Лорд и Леди Вейдер спустились по трапу, тут же привлекая внимания всех окружающих. Никакого официального приветствия, адъютанты, оградив пару второй колонной, провели их в большой зал, не дав журналистам даже на пару метров подойти к первой паре Империи.
Все широкие коридоры здания были выполнение в тёмных тонах, с отделкой драгоценными металлами. Величественные колонны, тёмно-синие балюстрады, резные двери из чёрно-фиолетового дерева, дополненные золотой отделкой. Весь интерьер помещения кричал о роскоши и богатстве. Но внешний блеск не интересовал Леди: что-то давило на неё. Что-то неосязаемое и липкое. Пронизывающее насквозь, проникающее всюду и оставлявшее свой противный след. Воспользовавшись моментом уединения в лифте, она прижалась к мужу.
«Это Сидиус», — пояснил Лорд.
«Что он делает?»
«Сканирует. Не волнуйся, всё под контролем», — он ободряюще подмигнул ей, желая хоть на мгновение снять напряжение.
В этот момент лифт остановился на нужном этаже. Глубокий вдох и медленный выдох.
«Всё будет хорошо».
«Я в этом уверен».
