Сидеть в камере, пока монументальная махина проплывала мимо, шлёпая гусеницами по стальному полу, и деловито захлопывая все открытые двери манипуляторами, было, мягко говоря, неприятно. И страшно. А ну как не найдётся сзади — уязвимых мест?! Но Мартен знал, что спереди-то их сейчас точно не найдётся. Значит, остаётся уповать на то, что создатели Стража себе-то лазейку оставили. Как-то же они сами его обслуживают и ремонтируют?! Не весь же корпус — монолитно-броневой?!
Щёлкнул замок — пружина вернула оттянутые стальные язычки на место, в пазы в торце двери. Вот хорошо, что всё, вроде, приготовили — и он, и броненосец. Но для страховки Мартен выждал несколько секунд: пусть-ка машина проедет подальше!
Язычки вышли из пазов легко: когти отлично поместились в проделанную заранее дырищу. Вот теперь он и узнает, правильно ли всё рассчитал, или… Или их с броненосцем убьют, а остальных и правда — водворят обратно в камеры.
Люк в задней стенке агрегата имелся. Мартен подбежал на два шага — ближе боялся подойти из-за манипуляторов, которые так и норовили теперь (Глаза, что ли, и на затылке у проклятущей машины?!) достать до него, пощёлкивая захватами. Радовало только то, что агрегат не стал разворачиваться к нему снова передом — очевидно, его операторы боялись потерять контроль за остальными участниками бунта, которые сейчас, видя, что первая часть плана Мартена удалась, дружно орали что-то ему в поддержку, пытаясь заодно и отвлечь внимание Стража и его операторов. Мартен снова поднял пистолет.
Четыре пули — четыре взорванных болта. (А неплохо он навострился стрелять!) Крышка вдруг дёрнулась и упала — открылось нутро машины, наполненное проводами, моторами и платами — Мартен вспомнил, как называются эти части начинки. Вот в эту, большую, похожую на материнскую, то есть, главную, он и выстрелит!
Эффект сказался сразу: машина звякнула, и остановилась. Из глубины нутра пошёл вонючий дымок, быстро, впрочем, переставший выделяться. Мартен со своим фонариком пододвинулся ближе лишь после того, как бессильными клешнями вдоль корпуса Стража упали манипуляторы — весьма страшные на вид орудия толщиной с его ногу.
На всякий случай он выломал пару плат, и оборвал когтями с десяток вязанок проводов. Но агрегат замер надёжно — признаков жизни (Тьфу ты — активности!) больше не проявлял. Поле, само-собой, исчезло.
— Вот это да! — энтузиазма у человека — летучей мыши оказалось столько, что хватило бы и на пятерых. Возможно, так происходило от того, что он пока справился лишь с первым противником, — Ты вырубил его! Значит, мы можем…
— Значит, мы можем и правда — победить их. Проклятых хозяев. И освободиться. И нам не нужно будет умирать для их потехи…
— Да, друг-броненосец, — Мартен ободряюще хлопнул по плечу задумчиво глядящее на раскуроченное нутро Стража создание, которое было выше его на голову, и, обводя горящим взглядом остальных, едва различимых в полумраке, рассеиваемым только светом от его фонарика, направленного сейчас в потолок, — Мы сможем это сделать. Вы видели.
Но сейчас бежим-ка наверх — я слышу автоматные очереди. Не иначе, как на наших друзей там натравили кого-то посерьёзней!
На друзей, там, наверху, действительно натравили.
Гладиаторов-людей, не забыв вооружить тех и автоматами и пистолетами.
Поэтому прибытие отряда Мартена оказалось как нельзя кстати: выйдя в тыл теснившим в один из концов коридора повстанцев качков, они успели буквально в самый критический момент: повстанцев почти уничтожили!
Но вот чего отряд полуголых гладиаторов никак не ожидал, так это — атаки с тыла!
И хотя Мартен успел уложить из пистолета лишь троих, остальные люди заорали, запаниковали: сказалось то, что полностью отсутствовала взаимопомощь, и понимание того, что рядом — партнёр! Да и оружием они владели не слишком уверено — мазали и ругались. Собственно, и соратники Мартена совместно действовать ещё не слишком умели. Но они хотя бы старались, понимая, что или они — людей, или те — их. Поэтому все орали, бежали, прыгали и рубили-кололи с настоящим остервенением.
Мартен подумал, что хорошо что монстры на его стороне — потому что такое зрелище наверняка напугало бы любое существо — а не только антропоморфных гладиаторов…
Справиться с растерянными и напуганными людьми удалось теперь почти без потерь со стороны отряда Мартена: потому что «коллеги» Мартена могли и летать, и прыгать, и буквально мчаться по стенам, понимая, что подставляться под выстрелы ни к чему! Да и Мартен, понимая, что излишняя гуманность в их случае сродни глупости, приказал всех гладиаторов добить:
— Вы знаете. Если не мы, так сами наши хозяева добьют тяжело раненных. Или несправившихся с заданием. Такие для них, как и тяжело раненные мы, тоже бесполезны.
— Мартен. А ты не думал, что кое-кого из этих… бойцов — тоже можно было бы попробовать. Привлечь на нашу сторону?
