– У тебя еще есть время подумать. – Она постаралась говорить мягко. – Захочешь – уйдешь с нами. Захочешь – останешься здесь, правда… – Кая поколебалась. – Мы не знаем, как все сложится. Вообще ничего не знаем. Я бы на твоем месте держалась нас. – По крайней мере, это было честно.
Марта с несчастным видом кивнула и шмыгнула носом, а потом улыбнулась так, как будто что-то удерживало ее уголки губ внизу и им приходилось преодолевать нешуточное сопротивление, чтобы подняться.
– С-спасибо т-тебе, Кая. Т-ты, наверное, д-думаешь, что я г-глупая… С-сама влезла во в-все это, а т-теперь р-реву.
Именно так Кая и думала, но сочла за лучшее промолчать.
– Я п-правда рада, что в-встретила т-тебя. Т-ты с-смелая… Б-без тебя я б-бы так ни на что и н-не решилась. Я в-вам помогу.
Она взяла руку Каи в свои.
– Т-только… Я з-знаю, Артем – т-твой друг… – Марта прикусила губу, вздохнула. – Н-но т-ты не г-говори ему н-ничего, л-ладно? П-пожалуйста.
– Угу, – пробормотала Кая, отнимая у Марты руку. – Да. Ладно… Мне нужно возвращаться.
– М-мне т-тоже, – прошелестела Марта, туго завязывая концы зеленого платка. – Д-до з-завтра.
– Да… До завтра.
Она смотрела Марте вслед, пока ее фигурка не скрылась из виду. Издалека Марта казалась особенно хрупкой, и Кае вдруг стало не по себе.
Мальва не сказала ей ни слова насчет недавнего отсутствия, но покосилась недружелюбно, поэтому Кая старалась работать с удвоенным усердием. Оставив расшитое красными узорами пальто на крючке у входа, она убрала волосы, лезущие в глаза, под платок, закатала штанины и рукава и принялась за дело.
Кая носила ведра с водой, драила пол, вычищала стойла, чистила теплых, фыркающих лошадей скребницей, заполняла кормушки из тяжелых мешков с высушенными летом клевером и люцерной, пока не заломило спину. Но и тогда она не остановилась. Простая, честная работа наполняла тело радостью, и в какой-то момент Кая вдруг почувствовала, что улыбается.
– Ну, будет, – ворчливо сказала Мальва, и по ее тону Кая поняла, что прощена. – Передохни… Там у ворот тебя парень дожидается. Сходи к нему, перекуси чего-нибудь, а потом продолжишь.
На словах Мальвы о парне Кая почувствовала, как пусто и радостно стало в животе, и устремилась к воротам. Но, стягивая рабочие перчатки и платок, поняла, что это не может быть Ган: она не говорила ему, где работает.
У ворот стоял Артем. Даже по меркам Красного города он был одет роскошно – отороченный мехом плащ, бордовый костюм с белым воротником льняной сорочки, алый шейный платок… Правую руку он держал спрятанной в карман, пальцами левой нервно щелкал перед собой. Вид у него был совсем не радостный.
– Привет, – осторожно сказала Кая, вытирая вспотевшие ладони о штаны. Почему-то при виде Артема она почувствовала, как ее придавило огромным, тяжелым грузом вины, хотя она определенно ни в чем не была виновата. Это раздражало.
– Привет, – отозвался Артем и тихонько охнул, как будто его ударили в живот. – А… где твои волосы? – растерянно пробормотал он, и Кае стало смешно.
– Потеряла где-то, – сказала она. – Тебе чего?
Мысленно Кая чертыхнулась. После того, что случилось в чайной, ему наверняка было куда хуже, чем ей. Совсем необязательно быть такой злой, но как себя вести, она не знала.
– Хотел поговорить. – Он отвел взгляд от ее остриженной головы. – Можно?
– Угу, – пробормотала Кая. – Только пальто надену.
В молчании они отошли от конюшни к ближайшей скамейке на углу одного из переулков, выходящих к площади. Кая достала из кармана сверток с хлебом и сыром, постелила на скамейку платок – на спинке виднелась наледь. Осень все меньше притворялась осенью. Впереди была зима, и при мысли о зиме здесь, в Красном городе, становилось грустно, хотя пережидать тут явно было бы куда безопаснее, чем в любом другом месте за стенами… Если быть на стороне Сандра, конечно.
– Ты хотела описать, что видела, – начал Артем, – но уже не нужно… Сандр мне сам все показал.
– Вот как. – Кая лихорадочно размышляла, но мешало лицо Артема – какое-то отстраненное, чужое…
– Да. Он показал мне… клетки. – Артем опустил глаза. – И я… Ну… Я понимаю, почему это тебя… расстроило.
– Расстроило? – переспросила Кая, не веря своим ушам. – О чем ты говоришь? Твои приятели мучают их… убивают, они…
– Ты тоже их убивала, – пожал плечами Артем. – Почти все это делали… И делают.
– Да, но в бою, не так…
– Не вижу разницы, – упрямо мотнул головой Артем. – Да, мне тоже их… жаль.
– Я думала, это ты у нас дружишь с нечистью. – Кая осеклась, бросив взгляд на покалеченную руку Артема. Рана зажила, но кожа на мизинце зарубцевалась не до конца, а кисть выглядела неправильно, странно. Упоминать о Тени не хотелось.
– Но их же не просто так там держат. Их необходимо изучать… Чтобы разобраться…
– Девушку тоже? – тихо спросила Кая. – Необходимо?
– Какую девушку? – Артем не притворялся. Хоть в этом Кая была уверена. Такую растерянность изобразить невозможно.
– Девушку, – упрямо повторила она. – Темные волосы, бледная кожа… Она была в большом кубе.
