Давненько я тебе не писал, но тут, ей-богу, ничего особенного не происходит, и я бы предпочел почитать твои рассказы о том, как обстоят дела в «Сент-Освальдз», чем утомлять тебя историями о собственной повседневной жизни. Кстати, немало людей проявили доброту и переписывались со мной, держа меня в курсе событий. Раза два мне написал Эрик, писал и наш капеллан, и даже SS, который, как я слышал, вскоре после тех событий умер. Жаль. Он был хороший человек. От некоторых людей вообще, похоже, исходят некие лучи бессмертия.
Хотя, конечно, под конец не спасется никто. Нельзя спастись ни от прошлого, ни от себя самих, ни – тем более – от «Сент-Освальдз». Вот почему я и решил написать тебе после столь долгого молчания, которое ты, я надеюсь, мне простишь; умирать – занятие достаточно скучное даже для заинтересованной стороны, особенно если не имеешь возможности нагнать тоску и на других, чтобы и они страдали вместе с тобой. Надо, впрочем, сказать, что устроен я теперь вполне хорошо – по крайней мере, лучшего вряд ли можно было ожидать. Ведь подобные заведения не так уж сильно отличаются друг от друга, хотя здесь, конечно, и мыло получше, и часы посещения организованы более гибко.
Я не раз собирался написать тебе, когда, наконец, обрел свободу переписки. И до сих пор не могу понять, почему не сделал этого. Пожалуй, единственная причина – мое нежелание причинять «Сент-Освальдз» дополнительные затруднения после того, что случилось в прошлом году. Обо мне теперь заботится один мой старый друг, он и останется со мной до конца. Так что я решил не утруждать себя сочинением множества писем – я стал очень уставать от этого, – а попросту составил завещание и попросил доктора Бёрка быть моим душеприказчиком.
У меня, собственно говоря, не так уж много имущества, которым следует распорядиться. Однако я хотел бы оставить тебе и Эрику пару подарков, которые, надеюсь, вы оба примете в память о нашей дружбе. Остальное я, разумеется, завещал нашей школе. Похороны мои оплачены. Я всегда презирал тех, кто оставляет подобные хлопоты другим людям. Я также спросил у доктора Бёрка, нельзя ли отслужить по мне заупокойную службу в нашей капелле. Ну а мой прах развейте, пожалуйста, где-нибудь на территории школы.
Ubi bene, ibi patria[79]. (По-моему, именно так ты, Рой, любил говорить?) И спасибо тебе за то, что не прерывал связи со мной, когда многие предпочли ускользнуть в сторону и попросту исчезнуть.
Ad astra per aspera[80].
Гарри.
