— Ты уж прости, — слегка потупившись, проговорил он. — В молодости огонь у нас… у всех в крови… Только с возрастом мы обретаем терпение и мудрость… Видно, я еще не достаточно работал над собой, что позволил подобным эмоциям захватить мое сознание… Я признаю свою ошибку… Но в нашем мире мы очень высоко ценим чувства… Поэтому иногда и прибегаем к слишком… чрезвычайным мерам… Одним словом, за твое удачное возвращение!
При этих словах у Сени по коже пробежал мороз. Даже когда Всевол каялся, его глаза выглядели не менее угрожающе. Ради своих чувств этот ведьмак мог свернуть горы.
— Да расслабься ты, — прошептала сидящая рядом Алиа и тыкнула Сеню в бок. — Он же не убивать тебя хотел, а только отлупить и удержать подальше…
Сеня изобразил на лице слабое подобие улыбки и также тихо ответил:
— А мне показалось, что он совершенно точно хотел меня на тот свет отправить. Ты посмотри на его свирепую физиономию!
— Если Всеволд темпераментный, это еще не значит, что он убийца… Мы к такому вопросу относимся чрезвычайно серьезно и к крайним мерам не прибегали уже несколько веков…
От такого увещевания Сеня немного расслабился, а тосты продолжались. Среди выступающих были Вельда, Никодим, Власка, Бабка Манька, златокудрый Геркулес и многие другие.
— У них такие счастливые лица… — заметил Семен Алиандре.
Девочка радостно улыбнулась.
— Они действительно были рады с тобой познакомиться, — ответила она. — Мы иногда можем ворчать, брюзжать или даже вспылить, но…
— А где у вас тут тюрьма?! — неожиданно осенило молодого инспектора.
Алиандра несколько секунд напряженно думала.
— Это такие… заведения, где насильно держат… людей? — осторожно поинтересовалась она.
— Не людей, а преступников! — пояснил Сеня и в очередной раз покосился на Всеволда.
— У нас таких нет! — воскликнула девочка. — У нас нет преступников и преступлений! Нам не за чем красть и убивать!
— И все-таки он хотел меня прикончить, — туповато пробурчал Сеня и хлопнул очередную рюмочку настойки.
В далекое путешествие по трезвости он твердо решил не отправляться. Нервную систему просто необходимо было привести в надлежащее состояние расслабленности и пофигизма. Одним словом он не знал лучшего лекарства от мандража, чем хорошая выпивка. А его бил мандраж! И чем дальше, тем больше!
— Говоришь, чего не знаешь… — отозвалась Алиа, не замечая, что её собеседник успел нализаться в стельку. — Ты не представляешь, как ужасно выглядит аура убийц! Это живые мертвецы. Злонамеренно убивая, человек сам хоронит часть своей бессмертной души. У нас на это никто не пойдет! Точно так же как и на насилие…
— Ф-у-у-у, ужас какой, — пропыхтел Сеня и уставился остекленевшими глазами на праздничный стол.
Речь держал Азимут. Но Сене, после усиленной концентрации, удалось уловить только отдельные фразы.
— Дорогой гость… настоящий джентльмен… верный друг… но сам еще не знает своих талантов…
При виде знакомого лица Азимута Сеня расплылся в счастливой улыбке и полез целоваться.
— Может, его протрезвить? Я мигом! — осторожно заметила Бабка Манька.
Но Вельда и еще несколько старейшин отрицательно закачали головами.
— Что ни говори, а неподготовленному человеку такой стресс лучше пережить на пьяную голову, — ответила старая ведьма.
Все стали потихоньку расходиться, а большинство, уходя, оставляли для Семена небольшие сувенирчики. Объемных подарков, по рекомендации старейшин, не делали, чтобы не затруднить перемещение между пространствами.
Вскоре сувениров набралась целая горка. В основном это были изящные поделки ручной работы из дерева, фарфора или глины. Многим хотелось оставить вещицы с забавными нехитрыми заклинаниями, что-то вроде горшочка-синтезатора леденцов или самоиграющей свирели, но после совета со старыми колдунами, так откровенно выдавать свое присутствие для другого мира не решились.
Через некоторое время Семен в полном обмундировании, с рюкзаком за спиной стоял на полянке, где впервые появился в этом мире.
Вокруг него в три кольца расселись колдуны, ведьмы и маги. Сеня посматривал на них плавающим взглядом и удивлялся, почему до сих пор не понял, в чем же различие между всеми этими названиями.
Совсем рядом с ним, в позе лотоса, в первом кругу, расположился Никодим. Его все с уважением называли магом. Рядом с ним, закрыв глаза и сложив ладони, сидела Вельда — её именовали ведьмой. Следом шел Азимут — чародей, далее Алиа — волшебница, следом Всеволд — ведьмак, потом Власка — ворожейка, за ней златокудрый Геркулес — волшебник.
Круг шел дальше, мелькали лица… Глаза Сени остановились…
Анастаска сидела, скрестив ноги и сложив ладони в молитвенной позе. Такая близкая… И такая далекая… Несколько мгновений, и между ними проляжет незримая преграда… Он будет жить в своем мире… Она в своем… Ни письма… Ни звонка…
Сердце защемило. На глаза навернулись слезы.
По лесу прокатился шепот и стал медленно нарастать. Колдуны и ведьмы запели странный мотив. Их глаза были плотно закрыты, и только губы шевелились, произнося непонятные слова.