В его голосе было полно уважения и даже какого-то восхищения. Приятно это, что не скажи.
— Ну здорово, — кивнул ему и уселся на камень. — Рассказывай, какие у тебя новости?
— Хай, четвёртый офицер, — ответил тот. — К берегам одного острова движется армада из семи кораблей. На них находится около тысячи живых, среди которых примерно двадцать пять человек, которых нужно уничтожить. Капитан просит, чтобы вы попытались минимизировать жертвы среди простых людей.
— Ну, — протянул я на это. — Не могу этого обещать, только попытаюсь. Расскажи о наших целях чуть больше?
— Хай, — ответил тот.
Представитель Второго отряда очень детально описал нам будущих противников. Как, мне кажется, местные лидеры самых разных групп знают о том, что существуют другие духовные существа. Для многих из них это проблема, и понятное дело, они начали создавать отряды из духовно одарённых людей.
— Понял, благодарю за информацию, — сказал я представителю Второго отряда.
— Тогда позвольте мне провести вас туда, где будут самые высокие шансы встретить будущих противников, — предложил он.
— Веди, — согласился я.
Мы запрыгнули в воздух и последовали за представителем Второго отряда. Он двигался достаточно быстро, но при этом не настолько, чтобы рядовые не могли поспешить за ним. Кенчи, Томато и Дитрий были опытными шинигами, и поэтому отлично знали, как правильно перемещаться по воздуху. Пусть они и не знают имен своих клинков, но, думаю, в каких-то моментах они превосходят младших офицеров.
Проходя над открытым океаном, можно было немного потеряться, если не знать правильного ориентирования на местности. К счастью, я такое знаю, и если мне скажут, в какую сторону двигаться, я точно не потеряю направление.
Мы прибыли на небольшой остров, с которого можно было легко рассмотреть большую землю. Если я не ошибаюсь, то эта земля тоже должна быть островом.
— Вот на этом острове я вас и оставлю, — сказал он. — Нужные корабли доберутся сюда завтра. Желаю хорошей охоты.
— И тебе здоровья, — махнул я представителю Второго Отряда. Тот поклонился и быстро исчез. Вот и мы остались здесь. Я повернулся к парням, которые уже начали обустраиваться на острове. Они разложили лежаки и другие вещи для активного отдыха.
— Вы что, собрались отдыхать? — поинтересовался у них. — Тц-тц-тц. Не стоит расслабляться. Вам нужно попытаться связаться со своим занпакто.
— Да мы ничего не сумеем добиться за такое короткое время, — немного пораженчески проговорил Кенчи. — Лучше отдохнуть и набраться сил.
— Нет, отставить пораженческое настроение, вперед в медитацию, — сказал им и сам сел медитировать, давая им пример.
Парни только закатили глаза, но сели передо мной полукругом, достали свои асаучи и начали расслабляться. Через некоторое время все они оказались в легком трансе. Я быстро и незаметно оградил наше место небольшим духовным барьером, который не должен позволить никому ощутить вспышки духовной силы. Конечно, против кого-то с шикаем этот барьер не будет работать, но для рядовых с асаучи это отличный вариант.
Я тоже сосредоточился и взялся в первую очередь за Кенчи, у которого было чуть больше нитей связи с асаучи, чем у Томато и Дитрия. Медленно и аккуратно я начал развивать у него первую нить. Всё давалось мне с большим трудом, но я не собирался отступать.
Затем начал небольшой звуковой ритуал, который должен был погрузить их ещё глубже в их внутренние миры.
— У-ма-а-а-у-ма-ха-ма, — начал я низким, немного гортанным голосом.
Процесс пробуждения занпакто у каждого из моих товарищей был индивидуальным и полным трудностей. После соединения второй и третьей нити у Кенчи, я дал ему время, чтобы он мог адаптироваться к этим изменениям. Он лежал там, на мягкой земле острова, глаза его были закрыты, а дыхание стало более глубоким и ровным, словно он погрузился в глубокую медитацию.
Переключившись на Томато, я почувствовал, как его нити связи упорно сопротивляются. Его лицо искажалось от напряжения, а руки невольно сжимались в кулаки. Каждая нить, которую мне удавалось прорастить, была результатом интенсивного усилия и концентрации.
Дитрий оказался более открытым к этому процессу. У него три нити проросли почти без усилий, и это было видно по его спокойному выражению лица и мягкому свечению, окружавшему его тело. Я не мог не задуматься о том, что, возможно, его внутренний мир был более гармоничен и готов к пробуждению.
Возвращаясь к Кенчи, я сосредоточился на достижении цели в двадцать шесть нитей. Работа была изнурительной и требовала максимального внимания. Каждая добавленная нить словно оставляла на его духовной энергии отпечаток, делая ее более плотной и яркой.
Когда я добрался до двадцати четырех нитей у каждого из них, заметил, что их лица стали бледными, как мрамор. Пот ручьями стекал по их коже, оставляя влажные следы на одежде. В воздухе витала сгущенная духовная энергия, создавая ореол вокруг каждого из них. Я сейчас похож на великого художника, который творит свой шедевр, постепенно приводя его к завершению.
