— Грациэла! — говорит Мики и делает паузу. У нее отчетливый акцент — то ли британский, то ли французский — и любовь к драматическим эффектам. Так говорят люди, занятые в индустрии развлечений. — Жаль, что именно мне выпала такая роль, но кто-то должен тебе сообщить, не так ли?.. Начиная со следующей недели вы, юная леди, будете работать как проклятая. Ты танцуешь под номером пятым, детка. Перезвони.
Грациэла бросает взгляд на отражение в оконном стекле над раковиной. Если бы Мики сейчас ее видела, то, наверное, взяла бы свои слова обратно. Волосы спутаны, футболка грязная. Наилучший способ спуститься с небес на землю — если у нее вдруг непомерно раздуется самомнение.
Грациэла направляется в гостиную, где перед телевизором сидит мать. Идет реклама какого-то средства от изжоги — в пищеварительной системе бедного обжоры копошатся нарисованные человечки.
— Мама, ты не могла бы сделать потише?
Мать хмурится, но приглушает звук.
— Я починила течь под раковиной, выбросила барахло, отскребла всю плесень. Надеюсь, ничего не пропустила.
— Buena chica[6].
Комплимент — ниже среднего. Так хвалят приглашенную уборщицу. Наверное, именно это слышала мать, когда прибиралась в чужих домах. «Хорошая девочка». Но все-таки лучше, чем ничего. Грациэла так рада маленькому знаку внимания, что щеки пылают от счастья.
— Мне только что позвонили, мама. Ты не поверишь. Я буду сниматься в новом клипе Бейонсе. Из «Девушек мечты». Помнишь?
— La gorda?[7]
— Нет. Та, которая похожа на Дайану Росс. Она просто супер. Мне невероятно повезло, мама. На пробы пришла тысяча девушек.
Мать улыбается и кивает, хотя вид у нее не особенно счастливый. Реклама заканчивается, и она вновь включает звук.
— Не забудь вымыть голову. Ты похожа на ведьму. И переоденься, а то грудь через футболку видна. Боже, какие у тебя огромные соски. Словно у животного.
Грациэла чувствует себя как после удара под дых. Ведьма? Животное? И это говорит мать? Она выходит из комнаты, возвращается на кухню, вытаскивает мешки с мусором в контейнер за дверью и уже собирается надеть блузку, когда взгляд вновь падает на лежащий на столе мобильник. Надо позвонить Дарилу; наверное, нужно было сделать это в первую очередь. Но что, если она услышит в его голосе знакомое раздражение, которое намекает, что Дарил встревожен? Он думает, что успех Грациэлы способен поставить под удар их отношения, что девушка будет меньше его любить.
Сейчас Грациэла нуждается в искреннем одобрении. Она берет телефон и набирает номер.
— Ли? Это Грациэла. Я хотела сказать… я получила роль в клипе. Мне только что прислали сообщение и…
Ли взвизгивает так громко и радостно, что Грациэла опасается, как бы не услышала мать.
— Я так рада за тебя, милая! Я тобой горжусь! Нужно отпраздновать.
— Честно говоря, у меня ничего бы не получилось, если бы не вы.
— Нет-нет, это все ты и твой талант. Ты много работала. Ты справилась и заслужила успех. Честное слово, заслужила.
Через несколько минут Грациэла забирает вещи и возвращается в гостиную. Солнце вышло из-за облака, в комнате стоит удушливая жара. В доме есть кондиционер, но мать никогда не пользуется им при Грациэле, заявляя, что не хочет тратить электричество попусту. Но, выходя из дома, девушка не раз слышала, как мать включает кондиционер.
— Я ухожу, мама.
— А как же кладовка на кухне?
— С ней что-то не так?
— Ты обещала прибрать там сегодня.
— В следующий раз… — говорит Грациэла, а потом думает: нет, она не сможет вечно сдерживаться изо всех сил. — Ты и сама справишься, мама. Или пригласи уборщицу, или позвони сыновьям, Мануэлю и Эдди. Пусть приедут и приберут в кладовке.
— Что, ты слишком хороша, чтобы мне помогать? Eso es todo?[8]
— Я всегда тебя уважала. Ты не видела от меня ничего, кроме любви и заботы. И я больше не хочу выслушивать оскорбления. Я так не могу. Если решишь позвонить и извиниться, ты знаешь мой телефон. По иным поводам не утруждайся.
Выйдя на улицу, Грациэла натягивает блузку, но руки у нее так дрожат, что она не в состоянии застегнуть пуговицы. Она оглядывается на дом, отчасти ожидая, что мать в гневе погонится за ней. Но разумеется, в доме тихо, не считая пощелкивания включенного кондиционера. В окнах отражается солнечный свет. Грациэла делает глубокий вдох и шагает по дорожке, поняв, что руки перестали трястись. По пути она застегивает блузку. В голове легкое гудение — но это не гнев, не тревога, не страх и не вина, а радостное волнение. Она победила. Наконец-то. Грациэла получила работу, о которой мечтала. Даже если мать не позвонит и не извинится — все равно. Грациэла всегда будет готова прийти ей на помощь, но она не нуждается в материнском одобрении. Что бы та ни думала о дочери, жизнь Грациэлы кардинально изменилась за какой-то час.
