Однако дирекция завода отказала в приеме на работу. Пришлось мне, с дипломом инженера в кармане, пополнить армию безработных. А их в Германии насчитывалось пять миллионов. К тому же мне, как временно оформленному на службу, не полагалось никакое пособие по безработице, и я очутился в отчаянном положении — нет работы, нет пособий, нет средств к существованию.
Мы решили, что жена отправится на время к родственникам в Вену. А я начал усиленные поиски работы. Но все было тщетно. Лишь отдельные, небольшие, случайные заработки давали мне возможность кое-как сводить концы с концами.
И при всем этом надо было быть прилично одетым, всегда тщательно выбритым, иметь телефон на квартире, текущий счет в банке. Иначе ни один хозяин не вступил бы со мною в переговоры о найме на инженерную работу.
Было это в 1932 году. А вот сейчас, когда я готовил эти записки, прочел заметку, опубликованную в одном из январских номеров «Известий» за 1978 год:
«В ФРГ растет число безработных с высшим образованием. Среди них — юристы, инженеры, преподаватели, социологи, специалисты других профессий. Как сообщает федеральное управление по вопросам труда в Нюрнберге, в настоящее время на биржах труда в ФРГ зарегистрировано почти 24 000 безработных, имеющих высшее образование, что на 17 процентов больше, чем год назад».
За сорок шесть лет ничуть не изменилась жестокая статистика жестокого мира капитала!
Тогда, в мае 1932 года я узнал от своего приятеля, что требуется «в Москву радиоинженер, имеющий склонность к научно-исследовательской работе». А ведь я одно время работал в фирме Лоренц в качестве ассистента известного немецкого ученого — доктора Крамера над конструированием радиоаппаратуры.
Я тут же позвонил в Советское торгпредство, и полчаса спустя уже вел разговор с его представителями о заключении соглашения на год работы в Москве. Правда, я попросил об отсрочке оформления договора на одни сутки — хотел за это время хоть что-нибудь узнать о Советском Союзе, о котором имел лишь смутное представление как о стране «великого эксперимента». Но все мои попытки получить где-либо достоверные сведения о жизни в этой стране, оказались тщетными.
И все-таки я не видел другого выхода и подписал предложенный мне договор. Спустя три дня я уже занял место в купе экспресса Берлин — Варшава — Москва, уверенный, что хотя бы на год спасусь от безработицы.
Встретили меня в Москве весьма дружелюбно. Прежде всего отвезли на квартиру. В институте, где предстояло работать, едва я успел познакомиться с коллегами (при этом мне помогал русский инженер, владеющий немецким языком), как зашел секретарь партийной организации. Он спросил, как я устроился, как обеспечен питанием, имею ли просьбы. Не успел он уйти, явился председатель профсоюзного комитета с теми же вопросами. Интересовались они, конечно, и другим — жизнью в Германии, безработицей и т. д. Но не это было основной темой разговора, главным была все-таки забота обо мне. Такое же отношение к себе я испытал и со стороны своих новых коллег.
Все это было для меня довольно странным и неожиданным, и вот почему. В Берлине, в фирме Лоренц, где я работал, мы ничего не знали друг о друге. Все мы были как бы пассажирами трамвая или автобуса, которые некоторое время вместе следуют по одному маршруту. Иными словами, я впервые почувствовал тепло человеческих отношений.
Затем были дискуссии, разговоры, практическое ознакомление с жизнью советских людей, чтение политической литературы. Разобраться во многом помогли мои новые друзья. Уже через некоторое время я мог дать правильную оценку тем событиям, которые мне лично пришлось пережить у себя на родине.
Была еще масса впечатлений, событий, пока я уже навсегда твердо уверовал в громадное превосходство нового социалистического общества. И в 1937 году стал гражданином Союза Советских Социалистических Республик!
За два года до этого важнейшего для меня события (моя первая жена не последовала за мной в СССР) я вновь женился. У нас родилась дочка. Я наконец-то нашел свое место в жизни, покой и счастье. Но тут началась война…
На строительство Челябинского металлургического завода я попал в июне 1942 года.
Что было на том месте, где он сейчас раскинулся, где выстроены кварталы соц-города? Только лес!
Я был направлен в распоряжение конторы электроснабжения строительства. Начальник И. Н. Филимонов внимательно выслушал, а затем сказал:
— Вы довольно опытный инженер и, я думаю, вам лучше всего самому найти на стройке самую подходящую и соответствующую вашей квалификации работу. Посмотрите, что делается на стройплощадке и представьте мне через три дня свои предложения.