Нужно перетерпеть. Наступит утро, и вся эта кровавая бойня окажется просто ночным кошмаром. Еще один поворот. Крис понимал, что совершенно не представляет, где находится. Можно, конечно, подняться наверх и определить направление, но тогда в свете звезд он будет как на ладони. Ламн не простит ему смерть двоих подручных. А встречаться снова с Топусом хотелось еще меньше. Нет, лучше вглубь, подальше, отсидеться, а потом решить, что делать дальше. Вот подходящий баркас. Почти целый трюм и есть второй выход. Можно пока затаиться здесь.
Крис остановился и перевел дыхание. Это вам не полиатлон – там, конечно, тоже приходилось развивать немалую скорость и обходить препятствия, но при этом никто не пытался тебя убить. Сердце бешено колотилось. Кажется, на языке все еще был привкус крови – то ли Катрана, то ли Присти, то ли Фина. Фин, ну как же так? Кладбище убило тебя. Свалка, которую ты так не любил, дотянулась до тебя своими острыми ржавыми щупальцами.
– Мне жаль, Фин. Мне так жаль, – Крис тут же осекся от того, что произнес это вслух. Нужно быть осторожнее. Что же делать дальше? Нужно попробовать вернуться домой. Но что, если Ламн все-таки осуществит задуманное? Тогда к рассвету никакого дома уже не будет. Нужно выбираться отсюда и постараться как можно скорее добраться до Города.
Крис медленно высунул голову наружу, чтобы проверить нет ли за ним погони. Прощупал пространство. Пространство молчало. Ни шевеления, ни звука. Но ощущение, накатившее на него еще в самом начале ночи, опять возникло. Крис не слышал его через пространство, но знал, он здесь. Медленно вылезая из баркаса, Крис оглянулся по сторонам. Таиться дальше смысла не было. Топус был где-то рядом, но Крис даже не предполагал, что настолько близко. Глаза Криса встретились с холодным немигающим взглядом огромных прямоугольных зрачков. Внутри все похолодело, мышцы отказывались повиноваться. Видимо, кладбище заполучит сегодня еще одного постояльца.
– Ты быстр, – пробасил Топус тем же спокойным голосом, что и прежде. Как будто он только что не смял, как кусок глины, здоровенного головореза.
Он был раза в три больше Криса и внушал настоящий ужас. О сопротивлении не могло быть и речи. Крис понимал, что, если Топус его выследил и догнал, то схватку ему точно не выиграть.
– Где они? – этот спокойный голос внушал еще больший ужас, чем внешний вид гиганта.
– О чем вы? – Крис старался быть смелым изо всех сил, но голос предательски дрожал.
– Браслеты сына, – огромные глаза приблизились вплотную. Топус говорил короткими, рубленными фразами, как будто длинные предложения его утомляли. Или, может, его собеседники не были достойны развернутых предложений.
Крису показалось, что он сходит с ума, а может быть, он уже умер, и все это происходит не на самом деле. Гигантский безжалостный убийца преследовал его полночи и убил другого головореза в поисках побрякушек с Рынка. Оторваться от взгляда огромных глаз Топуса было очень непросто, но Крис все-таки опустил глаза и увидел, что браслеты все еще у него. В пылу погони он совсем о них забыл.
– Вот, – прохрипел Крис и протянул браслеты, которые стали причиной смерти Фина и помогли выжить Крису. – Но, почему..? – других слов у Криса просто не нашлось.
Топус очень бережно взял браслеты и спрятал куда- то в складки безразмерной мантии. Потом вновь посмотрел на Криса, как бы решая, стоит ли отвечать на вопрос. И все-таки ответил.
– Я сделал для сына. Ему нравились такие. Он учился ремеслу. Тоже. Хотел стать, как я. – Топус замолк. Его глаза впервые за все время моргнули. Так моргают, когда хотят скрыть накатившие слезы. – Его забрали люди.
– Но, как? Зачем он им? – Крис не понимал, зачем ему все это знать. Нужно просто закончить разговор и бежать домой. Бежать что есть мочи. Но он стоял как вкопанный и ждал ответа.
– Случайность, – Топус, старый оружейник, затворник, от которого редко слышали и пару слов, почему-то отвечал. – Они играли. С друзьями. У Столбов. Любили там играть. Я говорил им. Играйте внизу. Нельзя наверх. Но они играли высоко. Мальчишки. Туда пришли люди. Просто проходили мимо. С сетями. Они забирали все подряд. Осси и его друзья попались. И пропали. Кто не попался – рассказал.
Крис помнил этот случай. Это случилось ранним утром прошлой весной. Многие семьи тогда лишились своих родных и близких. С тех пор Столбы стали еще и памятниками погибшим – немым напоминанием случайной трагедии.
– Я гнался. Долго. День и потом ночь. Не догнал. Их машины быстрее. Я остался один. Жена умерла на год раньше. Потом Осси, – гигант вздохнул так глубоко, что пространство вокруг затрепетало.
– Но как вы узнали, что браслеты у меня? Вы следили за нами сегодня?
– Да. Я это случайно узнал. Услышал от кого-то про них. Понял, что это те самые. Хотел вернуть. В память о сыне. Вот сегодня нашел вас. Вечером, – Топус отвел взгляд. – Надо было сразу забрать. Не хотел пугать. Вдруг бы вы стали отбиваться. Ну… с перепугу. Я бы мог покалечить. А получилось еще хуже. Мне жаль твоего друга.
