Этот гадюка Матееску хочет подсыпать Зыки¬
ну порошок...
— Какой порошок?
— Чесательный...
— Как, порошок? Куда? Говори толком,—рассер¬
дился Илиеш.
Петрика говорил шопотом, но таким громким то¬
потом, что было слышнее, чем если бы он говорил во
весь голос.
— Я нечаянно подслушал их разговор. Дело было
так. Я гонял своего трубача. Он сел на крышу дома
Имаса, что рядом с особняком Матееску. Я залез на
крышу. А во дворе сынок Матееску разговаривает о
чем-то со своими дружками. И вдруг я слышу: Зы¬
кин. .. Зыкин... Я прислушиваюсь. И знаешь, что
они задумали? Вот дьяволы! — и Петрика сжал кула¬
ки.— У них в цирке знакомый служитель. Он был
офицером у Петлюрина. Ты не знаешь, кто такой
Петлюрин?
—- Не Петлюрин, а Петлюра! Был такой бан¬
дит. .. воевал против Советского Союза.
— Ну вот... они его подкупили, и он насыплет
порошок на ковер. Босдорф об этом знает. Он поста¬
рается толкнуть Зыкина, повалить его... а потом...
ты понимаешь, что получится? ..
— Мы не допустим этого! — решительно сказал
Илиеш.— Мы не допустим...
— Но как? — Петрика с надеждой заглянул в
глаза друга.
— Недопустим,—машинально повторил Илиеш.—
Вот что...
— Что?
— Нужно... предупредить Зыкина.
— А как предупредить? Давай пойдем в цирк и
скажем, что мы должны передать ему письмо.
— Скажут: дайте письмо, и мы ему передадим.
— Тогда... залезем через окно туда, где он пере¬
одевается.
— А вдруг там нет окна?
— В таком случае... крикнем с галерки: «Ганс
жулик!.. На ковре порошок!..»
— Нет, будет поздно... Вот что, Петрика, лучше
придем раньше, станем недалеко от входа в цирк, и
когда Зыкин подойдет, расскажем ему.
— Правильно... и как просто...
ГЛАВА 12
КОВАРНЫЙ ЗАГОВОР ПРОВАЛИЛСЯ
За час до начала борьбы Илиеш и Петрика стоя¬
ли недалеко от входа в «Экспресс», у афишной тум¬
бы, и делали вид, что читают афиши. Они поджидали
Зыкина.
А люди шли в цирк. Иные подъезжали на извоз¬
чиках. Вот прошли двое в кепках, о чем-то оживлен¬
но разговаривая. Одного из них Илиеш узнал. Это са¬
пожник с Екатерининской улицы. А вот Санду с дву¬
мя ребятами. И эти о чем-то спорят.
Подъехала машина. Из нее выскочил молодой
Лейтенант. Он открыл дверку машины, и оттуда
вышла разодетая дама, а за нею генерал.
Кто это там идет — высокий и толстый? Не Зы¬
кин ли? Нет, это Ганс Босдорф. Он идет медленно,
важно. На лице тупое самодовольство. А следом за
ним — Матееску с двумя другими гимназистами.
Люди идут и идут.
«Где же Зыкин? Может быть, он уже давно при¬
шел, и мы опоздали»,— думает Илиеш. Эта мысль
приводит его в ужас.
Вот идет группа румынских офицеров, звеня шпо¬
рами, а вот гимназисты.
И вдруг Петрика дергает Илиеша за рукав и
громко шепчет:
— Вот он идет!
Илиеш оборачивается: да, это он, Зыкин! По как
к нему теперь подойти? Боязно что-то. Шутка ли —
знаменитый чемпион!
А Зыкин приближается. Наконец, Илиеш решает¬
ся и идет ему навстречу. Петрика следует за ним.
Вот они поравнялись с борцом. Тот рассеянно
взглянул на них и прошел мимо. Он привык к востор¬
женным взглядам таких вот ребят.
— Господин Зыкин, -— тихо окликает борца
Илиеш. Голос его почему-то звучит хрипло.
Зыкин останавливается: — Что такое? — Впер¬
вые ребята слышат его голос. У него низкий, густой
бас.— Контрамарки небось хотите получить?
— Нет... мы должны вам что-то рассказать, —
уже спокойнее говорит Илиеш.
— Рассказать? О чем это? — в глазах борца заго¬
раются насмешливые искорки.— Может быть, борца¬
ми хотите стать? Говорите скорее! У меня времени
мало...
— Эта гадюка... порошок вам подсыпать хо¬
чет,— выпалил Петрика.
Одна бровь борца высоко поднялась от удивле¬
ния.
Что такое ты говоришь? Какая гадюка? Какой
порошок? Ничего не понимаю... А ну-ка, давайте, ре¬
бята, пойдем ко мне, там расскажете...
И он пошел вперед. Ребята последовали за ним.
В дверях он, не останавливаясь, громко сказал кон¬
тролеру:
— Эти со мной!
Их беспрепятственно пропустили.
Чувствуя на себе удивленные взгляды, ребята
испытывали гордость. Они понимали, что многие им
завидуют, видя их вместе с борцом.
Зыкин провел их через зал за кулисы. Они вошли
в одну из комнатушек. Борец уселся на единственный
стул.
— А вы залезайте сюда! — указал он ребятам на
стол.
На полу валялись гири, штанги, на стенах висели
афиши с портретами Зыкина.
— Ну, а теперь выкладывайте, только понятным
языком,— пробасил Зыкин.
И Илиеш, волнуясь, рассказал ему все.
Зыкин задумался. Было тихо. Из зала доносились
заглушенные звуки. Ребята глядели на Зыкина, и им
не верилось, что они сидят рядом с прославленным
борцом и так просто с ним разговаривают.
Зыкин поднял голову и лукаво улыбнулся:
— Ничего... я ему покажу... А вы — молодцы,
хорошо, что не побоялись и предупредили меня...
Будьте всегда смелыми и справедливыми. — Он сно¬
ва задумался, и на лице его появилось какое-то меч¬
тательно-нежное выражение.— Вспомнил я сейчас,
ребята, одного своего старого друга... Алешей его
звали... Много мы с ним верст исходили вместе, бо¬
сиком, с котомкой за плечами... и голодали и холо¬
дали вместе... вот это был смелый и справедливый
человек... какой человек!.. Любил я его очень.. .
Если бы он сказал мне: «Ваня, переверни мир», ей-
богу, перевернул бы... А пел как он хорошо, заду¬
